В последнее время становится очевидным перемещение мирового центра из Европы в Юго-Восточную Азию. Свой географический шанс встать в ряд с Японией, Китаем, Кореей, и другими быстро растущими азиатскими экономиками, Россия, похоже, как всегда, упускает. А так хочется верить в нормальное будущее своей родины.
Авторы: Зайцев Виктор Викторович
в овраге, он и наведался к Андрею. Немцы не скрывали, что у них ружья есть, зимой три раза на охоту ездили, двух лосиных коров привозили, мясом городового и батюшку с доктором угощали. Любят эти трое угощения дармовые, все в посёлке знали. Кроме них, стрелять попусту возле посёлка никто не стал бы, начальство по выходным дням в кампании управляющего гуляет. Заводская охрана вся на виду, солдаты в лес не пойдут стрелять, чего им бояться. Да и поручик Жданов команды на стрельбу не давал, его ветераны самовольства не допускали. У других жителей посёлка были несколько ружей, да так часто стрелять может только немецкое, эту диковинку ещё зимой в посёлке долго обсуждали. Получилось, что искать особо не надо, сразу городовой понял, кто стрелял в лесу.
О чём тренер с городовым беседовал, ребята не слышали, долго они сидели, до темноты. Потом Андрей Фрола Аггеича домой вышел проводить, видать, подпоил немного, тот выпить любитель. Андрей же дома в стеклянных бутылях немало всяких настоек держал, от разных болезней и просто для души. Ребята даже травы для него собирали, когда просил, мухоморы разные и чагу, наросты на берёзах. После того случая городовой немца не беспокоил, знать, нашёл тот к нему подход, но ребятам ничего не говорил. Зато стрельбы с той поры ближе к посёлку проводить стали, за неделю патроны ребята снарядят, а выходного ждут — не дождутся. Так парням нравилось по лесу бегать, в войну играть. Андрей редко в лес ходил, всё больше Иван Палыч, тот, не меньше ребят удовольствие получал от беготни по чащобе, да со стрельбой по мишеням. Он не просто по лесу с ребятами ходил, обучал их воинскому искусству. Как врага заметить, выследить в лесу, как засаду на него поставить. С какого места удобнее стрелять, в кого стрелять сперва — в последнего или первого, в командира или пушкарей? Много интересного знал Палыч, не зря столько лет воевал.
К первому снегу научились ребята скрадывать врага, обкладывая его, словно волка. Тут Палыч и поменял задачу, по военному говоря, начал обучать обороне в лесу. Как правильно отряд через лес провести, да ещё с ранеными, как путь выбрать, куда разведку выслать. Учёбу делал, чтобы человек пять на самодельных носилках несли, вроде раненых. Почти два месяца ушли на такие лесные забавы, к самому Рождеству провели тренеры ‘Зарницу’, как они, улыбаясь, назвали потешную войну. Разделились парни на два отряда, в каждом один тренер, как наблюдатель. Один отряд продвигался на гору Липовую, другой её оборонял. Без ружей, конечно, но в рукопашную почти серьёзно пошли. К тому времени тренеры давно приучили к поединкам и групповым сражениям. Вот, на самой вершине горы Липовой, в снегу по пояс и проверили парни своё умение, Ирина благоразумно осталась у Андрея в доме, готовить обед воинам.
Манёвры, как их назвал Палыч, закончились победой оборонявшихся, поскольку их было всего вдвое меньше нападавших. А по военной науке, как говорили тренеры, нападавшие несут втрое больше потерь, чем обороняющиеся. Так, что наука доказала свою правоту, а парни убедились в необходимости дальнейших тренировок, слишком очевидны оказались ошибки. Едва все отдышались после штурма, сырые, распаренные, в обледеневшей одежде, несмотря на крепкий мороз, Андрей объявил марш-бросок в посёлок, на лыжах. Лыжи, как раз успели сделать к манёврам, настоящие охотничьи лыжи, обшитые шкурой лося, чтобы не скользили назад. Лосей выслеживали и брали три недели сами ученики, заодно принесли в семьи по пуду-другому свежей лосятины. Как раз на пельмени к Рождеству, порадовали родных, не зря каждый выходной баловством занимались. Скатиться с горы на лыжах не составило труда, уже через час все собрались в тренировочном зале, как назвал Андрей сарай для занятий.
Ирина не только наготовила еды на всю команду, но и затопила печь в зале, понимая, что изба Андрея всех не вместит. Ребята развесили сушить одежду, переоделись в тренировочные костюмы, уселись за столы. В честь праздника тренеры угостили всех варёной картошкой и солёными помидорами, которые спешили попробовать парни. Хватало и других постных блюд, рыбы, квашеной капусты, пареной репы, мочёной брусники.
— Жаль, что пост не закончился, Андрей Викторович, — вздыхали проголодавшиеся ученики, — сейчас бы мяска от наших лосей, совсем другое дело.
— На мясе каждый сможет силу показать, — улыбался Палыч, — вы на траве покажите своё здоровье.
— Ещё лучше, давайте проверим таблицу умножения, — подхватил разговор Андрей, раскрасневшийся от долгой прогулки по зимнему лесу, — Афоня, сколько будет семью восемь?
— Пятьдесят, пятьдесят, — зашевелил губами тугодум-здоровяк, вспоминая таблицу, — пятьдесят шесть!
— Восемью три? — обернулся Иван Палыч
