В последнее время становится очевидным перемещение мирового центра из Европы в Юго-Восточную Азию. Свой географический шанс встать в ряд с Японией, Китаем, Кореей, и другими быстро растущими азиатскими экономиками, Россия, похоже, как всегда, упускает. А так хочется верить в нормальное будущее своей родины.
Авторы: Зайцев Виктор Викторович
своих мастеров вполне естественно, как в китайских фильмах про учеников кунг-фу.
Вообще, ученики меня здорово порадовали, парни были жилистые, физически крепкие, выносливые и упорные. Проблемы у них возникали только с растяжкой, тут приходилось следить, чтобы не порвали связки от усердия. В остальном, тренировки проходили с максимальной пользой, разгильдяев и болтунов, как я успел убедиться, в восемнадцатом веке было в десятки раз меньше, чем в двадцатом. Своей исполнительностью и дисциплиной, ребята мне напоминали японцев, всё понимали и выполняли с первого раза, чётко, тренировались до изнеможения. Потому и прогресс в обучении превосходил все ожидания. Зевак среди ребят не оказалось, после первых недель все случайные люди отсеялись, в группе остались три десятка парней и Ирина. Ей единственной разрешил отец ходить на занятия, в обязательном сопровождении младшего брата Федьки. Чтобы избежать каких-либо упрёков, с девушкой старались работать мы с Палычем, нас, по крайней мере, не обвинят в домогательстве.
Эти направления моей жизни — тренировки, домашние эксперименты и работа, занимали все часы существования, кроме семи часов сна. Вышло так, что не успел я приспособиться к работе в литейке, как навалились тренировки и домашняя лаборатория. Несмотря на весь интерес к лабораторным работам и желание обучить ребят, выматывался за летние дни я основательно. Настолько, что забыл о существовании женщин, а измученный ‘стариковский’ организм ничего не требовал. Я ловил себя на том, что смотрю на молодых женщин равнодушно, думаю исключительно о делах и проблемах. Вроде рановато стареть, проскальзывали мысли, найти себе вдовушку, как наш Палыч, да жить вдвоём весело. Потом, как вспомню своих ребят и жену, оставшихся в две тысячи шестом году, выть от тоски хочется. Причём, не столько жена вспоминается, сколько дочь и сын мои, оставшиеся без отца. Как им государство помогает, я в курсе, такой помощи врагу не пожелаешь. С другой стороны, будут с детства на свои силы рассчитывать, глядишь, в жизни легче будет. Посижу, погорюю, да за работу принимаюсь. Мысли о вдовах быстро из головы улетают.
Осень буквально налетела, напомнив о наших огородных чудачествах. С помощью ребят мы легко справились с уборкой, да, собственно и убирать особо нечего было. Картошки я собрал восемь вёдер, помидор в общей сложности четыре ведра, а подсолнухов выросло семь головок. Есть урожай пока не придётся, разве помидор немного можно попробовать, да ребят угостить. Остальное на следующий год, там урожай будет уже промышленный, можно и гостям предложить. Одно ведро помидор, я не удержался, засолил на пробу в берестяной кадушке. После уборки урожая к вечерним тренировкам добавились походы в лес, там правил Палыч. Он и ребят натаскивал воинским премудростям, предложил стрельбы учинить. Хотел я отказать, под предлогом закончившихся патронов, да прикусил язык. Кто мешает новые патроны снарядить?
Вова за неделю сварганил мне четыре машинки, три для накручивания гильз и снаряжения патронов, одну для выдавливания капсюлей. Гильзы изнутри приходилось пропаивать оловом, как и донца в местах крепления с цилиндрами и капсюлями. Выходило затратно, по моим меркам, но, с помощью трёх десятком учеников, вполне терпимо и довольно производительно. Гильзы делали стандартные, под мой двенадцатый ружейный калибр. С листовой медью проблем на заводе не было, цена вполне по нашим зарплатам. Оставалось купить два огромных котла и посадить ребят за выварку целлюлозы из сухого камыша и тростника. Этого добра по берегам пруда и в болотах хватало с избытком. Заодно и технологию проверим, которую я знал в рамках школьных экспериментов. Получилось, полагаю, неплохо, с первой варки целлюлоза пошла нужного качества, затем ребята работали без моего присмотра, особенно, когда я сказал, что будем снаряжать патроны и учиться стрелять. Под это дело у меня оказалось тридцать пар бесплатных рабочих рук, они быстро накрутили и наштамповали ещё сотню самопальных патронов. Выварка целлюлозы с тех пор стала постоянной, парни без меня приносили топливо, камыш, разводили огонь и следили за котлами. Даже дежурство организовали сами, не прерывая процесса. Прямо, как герои гайдаровских повестей, оставалось найти им Тимура для названия команды.
Я, выходит, оказался почти не у дел, сразу подключился к Вовке, тот как раз занялся своими станками. Он резонно решил, что ассимилировались мы вполне, пора приступать к прогрессорской миссии, начать выпуск новой техники. Казнозарядная пушка подходила для этого, как мы прикинули, лучше всего. Однако, просчитав себестоимость самого орудия и снарядов, мы сравнили полученные данные с имеющимися ценами
