В последнее время становится очевидным перемещение мирового центра из Европы в Юго-Восточную Азию. Свой географический шанс встать в ряд с Японией, Китаем, Кореей, и другими быстро растущими азиатскими экономиками, Россия, похоже, как всегда, упускает. А так хочется верить в нормальное будущее своей родины.
Авторы: Зайцев Виктор Викторович
закупленные в любой части Кореи, принесут огромную прибыль в России и Европе. Потому Евграф не собирался портить перспективнейшие отношения грубостью, и в Корею зимой поедет сам, что мне и требовалось.
Когда все корейские дела разрешились, в первом приближении, указанные мной в списке товары и инструменты погружены на корабли, пришла пора моему окончательному переезду на остров Хоккайдо, в город Невмянск. На материке дела шли стабильно, более того, из Нингуты пришло сообщение о прибытии долгожданного посольства цинского Китая. Ничего хорошего мы с Иваном от этого посольства, вспоминая первых «послов» Японии, не ждали. Однако, принять решили официально, во Владивостоке, куда послов везли от границы железной дорогой. Пришлось задержаться, благо от Нингуты сейчас до нас пути не более двух суток, при самом неспешном темпе движения. А весной строители обещали, наконец, сдать мост через Сунгари, строительство которого шло четвёртый год. Тогда до границы с Китаем наши войска смогут добраться в течение суток, вот так!
Чтобы не выглядеть, совсем уж дикарями, хотя варварами мы для китайцев всегда будем, на железнодорожном вокзале устроили нечто вроде торжественной встречи, с оркестром и хлебом-солью. Пусть привыкают к нашим традициям, потому и приём послам назначили на следующий же день. В кабинете, оформленном подчёркнуто в европейском стиле, трём китайцам, предъявившим полномочия на переговоры, предложили сесть за стандартный переговорный стол. Напротив ханьской делегации уселись тоже втроём, я, Иван и Евграф, польщённый высокой честью. Он ещё не знал, бедняга, что вся дальнейшая торговля с китайцами предстоит ему. Мы с Иваном намеревались сразу уехать, ему мирить корейцев срочно, а меня замерзающее море торопило.
— Что привело сюда представителей императора Срединной Империи? — я не собирался играть в церемониальные улыбки и пожелания «ста тысяч дней счастья», как принято в Китае. Потому и разговор мы с Иваном построили жёстко, по-деловому. Благо, наши переводчики давно овладели нюансами ханьского пекинского диалекта.
— Император выражает своё недовольство связями русских и корейцев. Он прислал нас с требованием немедленно прекратить все контакты России и вассального империи Цин корейского королевства. Также наш повелитель приказывает русским варварам покинуть территорию Маньчжурии до наступления лета в соответствии с договором, заключённым полвека назад в Нерчинске.
— Нам нет никакого дела, чего хочет император от своих подданных, мы ему не подчиняемся, а Нерчинский договор давно устарел. Отношения России со своим вассалом, корейским королевством, тоже не должны более беспокоить императора Цин, мы слышали о сражениях армии Цин с западными и южными соседями. Пусть император оставит Корею нам, пока мы не развернулись к Западу и Югу. Что касается территории, то хочу напомнить послам императора, что более ста тысяч ханьских войск за пять лет не смогли изгнать русских из Маньчжурии. Хотя нас было в сто раз меньше. — Я перевёл взгляд на Ивана, который играл роль «ястреба».
— Если Китай не устраивает сложившаяся за последние годы граница с Россией, мы можем её изменить. — Иван демонстративно широко ухмыльнулся. — С помощью корейских вассальных войск, вооружённых лучшим в мире русским оружием, мы вполне способны передвинуть эту границу ближе к Пекину. Хотя бы на линию великой китайской стены. Я с удовольствием займусь переносом границы будущим летом. Хорошая армия должна воевать, не так ли говорил Сунь Цзы?
— Мы очень заинтересованы в мирных отношениях с вашей страной, — вступил в разговор Евграф, по предварительной договорённости игравший роль миротворца. Кому-то должны китайцы взятки совать? — В обмен на признание сложившихся границ, мы могли бы заключить мир и поставить цинской армии новейшее и лучшее в мире оружие. Думаю, что этот вопрос мы вполне можем обсудить завтра, если высокие гости не против.
Высокие гости были не против и поспешили удалиться. С предложением поставить ружья китайцам вышел накануне Палыч, раздосадованный малыми закупками «Луш» южными подпольщиками.
— Давай продадим императорским войскам ружья, в знак примирения, например. Тысяч двадцать-тридцать стволов, под обязательное заключение мирного договора с границами по факту. Грамотно использовать ружья китайцы всё равно не смогут, стандарт мышления старый, да и отношение к армии не изменилось. В Цинской империи солдаты по-прежнему ценятся ниже крестьян, много такие бойцы навоюют? Патроны мы навязывать не будем, предложим по десятку на ствол, в абсолютных цифрах много получится, а в бою быстро выйдут, гарантировано в «молоко». Кто с десяти патронов из незнакомого
