В последнее время становится очевидным перемещение мирового центра из Европы в Юго-Восточную Азию. Свой географический шанс встать в ряд с Японией, Китаем, Кореей, и другими быстро растущими азиатскими экономиками, Россия, похоже, как всегда, упускает. А так хочется верить в нормальное будущее своей родины.
Авторы: Зайцев Виктор Викторович
В любом случае, не меньше десяти тысяч человек, при пушках и огнестрельном оружии. Кроме того, с ними были казаки, профессиональные воины, всадники. Случись конная атака нашей, Таракановской крепостицы, никакие миномёты не помогут. С башкирами нам повезло, мы их взяли врасплох, казаки такого казуса не допустят. Тем летом, по моим воспоминаниям, в воздухе стоял запах беды, многие люди это чувствовали, создавали запасы продуктов, соли, дров, по заведённым провинциальным традициям. В долг уже с мая никто никому не давал, ни товаров, ни денег. Народ усиленно готовился к чему-то страшному.
По моему мнению, нам необходимы были пулемёты либо пушки, стреляющие картечью. С пулемётами дело долгое, за оставшиеся до зимы месяцы ничего не успею. Зато казнозарядные пушки дело другое, опыт производства орудий у нас имелся. Алимов, едва услышав, что все расходы беру на себя, сразу согласился. Месяц ушёл на черновую работу по отливке и рассверливанию двадцати стволов миномётного калибра. Я собирался стандартизировать всё наше оружие, наши рабочие отлично освоили производство мин. Принцип максимального прилегания к стволу снаряда, путём напрессовывания медных колец на снаряд, позволял увеличить дальность выстрела до небывалых для имеющихся на вооружении орудий расстояний. Я решил остановиться на гладкоствольной артиллерии, используя оперённые снаряды, аналогично противотанковым пушкам конца двадцатого века.
Самым трудным делом оставалось врезка клинового затвора, с чем пришлось повозиться, помогли вовкины станки. Он оставил базу для изготовления фрезерных станков, мне удалось их довести до ума и проточить в стволах заготовок пазы под клиновые затворы. Первые четыре орудия я протачивал сам, остальные фрезеровали мастера. С самими затворами возни вышло меньше, правда, получились они тяжеловатыми, с учётом трёхкратного запаса прочности. Закончили все пушки мы к концу Успенского поста, именно тогда появились первые слухи о волнениях на реке Яике. Там, как я ожидал, появился Пётр Третий, муж нашей императрицы Екатерины, чудесным образом, выживший и желавший вернуть себе престол. Чтобы заинтересовать крестьян и рабочих, все сообщали об укрытом от ‘общественности’ Указе о вольности крестьянской. Судя по тому, что даже мне попалась на глаза листовка с этим лозунгом, не один я занимался печатной агитацией.
Эти первые слухи о восстании произвели необходимое впечатление на вогулов и раскольников. К сентябрю на побережье Камы успели прибыть и расселиться там два вогульских рода, родня Егора и Пахома, моих первых учеников. Хлопот с ними вышло достаточно, зато, обустроившись, вогулы стали исправно поставлять рыбу для консервирования, получая взамен муку и крупу. Мастера Прикамского завода выбрали и отвели вогулам необходимые делянки для поставки леса на завод. Оба вогульских селения сразу были включены в зону патрулирования нашей охранной вогульской роты, такая забота о безопасности родичей растрогала наших бойцов. Молодых парней и девушек из селений я, по согласованию со старейшинами, привлёк к прополке помидор и окучиванию картошки. После уборки урожая часть его мы передали вогулам, приучая их к картофельным и помидорным блюдам. На зиму вогульские охотники планировали отправиться на север, в приполярную тайгу, добывать меха в оплату за ружья. Чтобы защитить наших вогул от охотников за ружьями, с ними отправлялся один взвод бойцов, для охраны охотников и агитации других вогульских родов. Взводный Фаддей взял с собой несколько подорожных и охотничьих грамот, в них все охотники и воины указывались моими наёмными работниками.
Отправляя парней на север, кроме добычи пушнины, приносящей прибыль, я надеялся легализовать продажу вогулам оружия, прикрывая это их службой у меня. Для этого, взводный брал с собой пачку листовок, призывавших вогульские роды переселяться к нам, уральских рабочих наниматься на работу в Таракановский завод. Отдельно они обещали раздавать встречным рабочим рекламные листки о наших ружьях, при необходимости демонстрируя их стрельбу. Самой главной целью такой командировки я ставил Фаддею, командиру пятого взвода, тренировку действий взвода в тайге, в отрыве от остальной роты, с одновременной охраной всех охотников. На крайний случай командный состав взвода вооружился револьверами. Ещё мы договорились с парнями, при встрече с нелегальными добытчиками золота привлекать их на службу ко мне. Предлогом для этого будет рассказ о предстоящем походе в золотоносные места, в Сибирь, где нет чиновников и демидовских приказчиков.
После появления первых слухов о восстании Пугачёва, мой авторитет среди староверов и вогул начал превращаться в пророческий.
