В последнее время становится очевидным перемещение мирового центра из Европы в Юго-Восточную Азию. Свой географический шанс встать в ряд с Японией, Китаем, Кореей, и другими быстро растущими азиатскими экономиками, Россия, похоже, как всегда, упускает. А так хочется верить в нормальное будущее своей родины.
Авторы: Зайцев Виктор Викторович
Чуть ли не каждую неделю в Таракановку прибывали ходоки от раскольников, с вопросами о судьбе восстания, о перспективе обещанного освобождения крестьян и возвращения старой веры. Стараясь не говорить конкретики, я начисто отвергал любые изменения правительственной политики, не забывая упомянуть о жестоком подавлении восстания. Вогульские старейшины твёрдо уверились в моём таланте предсказателя, по крайней мере, те два рода, что переселились в наши края. Я попытался использовать свой авторитет для ‘идеологической обработки’ своих бойцов, в первую очередь, вогулов. Приводя в пример, поведение старейшин, мои сбывшиеся предсказания, я приучал воинов к мысли, что мои команды и приказы пойдут исключительно для пользы их родов, для пользы всех работников завода. Не пытаясь обожествлять себя, ежедневно, на получасовых совместных занятиях я буквально вдалбливал парням безоговорочную веру в меня и моих друзей.
Тогда и пришла мне в голову идея телефона, самого примитивного способа быстрой связи. Вообще, думал я о радио, чтобы иметь постоянную связь с ушедшим на север пятым взводом. Парни уходили на всю зиму, без всякой надежды на помощь, меня, вложившего в них силы и средства, в виде трёх десятков ружей, не могла не беспокоить их судьба. Первым пришла в голову возможность радиосвязи, но, до радиоламп в наших условиях страшно далеко. От радио фантазия плавно перешла к телефону, применить его можно было в пределах нашей крепости в Таракановке. Этот вид связи, по здравому размышлению, оказался вполне реальным. Всё, что необходимо для создания электрических аккумуляторов, было под рукой, кислоты и щёлочи, свинец и цинк, медь и железо. Наши помощники идею создания электрических аппаратов восприняли реализацией сказки, не меньше. Мои рассказы о неведомой силе, способной передавать свет, звук и передвигать предметы на расстоянии, однозначно толковались парнями, как продолжение сказки о Емеле и щучьем велении. Потому принялись доморощенные электрики за дело с небывалым энтузиазмом, не прошло и пяти дней, как два довольно мощных аккумулятора, весом в половину пуда каждый, уже стояли в мастерской. Оставалось воплотить теоретические знания в практику.
Прервали мои изыскания приятнейшие события, в Прикамск вернулись Володя с Катериной. Причиной возвращения стала беременность Катерины, желание рожать в родных местах, среди любимых родственников. Срок беременности у неё, как и Ирины, определили в шесть месяцев, обе женщины не могли расстаться друг с другом. Прожив немного у отца, Катерина перебралась к нам в Таракановку, где они с Ирой целые дни проводили вместе. Вовка, кроме заказанных пряностей, каучука и других мелочей, привёз настоящий подарок.
— Знакомься, Сормов Николай Иванович, ученик Ползунова, — представил он мне своего спутника, худющего тридцатилетнего парня, — после смерти своего учителя, он сохранил и модернизировал ползуновский паровой двигатель. Не поверишь, нашёл я его совершенно случайно, он пришёл к Никите, регистрировать патент на двигатель от имени покойного учителя. Нет, патент мы выправили, а парня я сразу прибрал к рукам.
— Ну, что вы, Владимир Анатольевич, — смущённо возразил Николай, — я сам к Вам напросился работать, когда увидел станки на вашем заводе.
Кроме чудо-механика, Вовка привёз сразу три работающих ползуновских паровых двигателя. Их он, при активном участии Сормова, начал примерять на суда своего тестя, в первую очередь, на подаренный к свадьбе парусник. Глянув на мои заморочки с клиновыми затворами, Вовка быстро нашёл возможность ускорить работы по их изготовлению. Тут же, за неделю, внедрил в производство двустволку, назвав её ‘Луша — 2’. Самое интересное, он ещё в столице разработал подробную технологию изготовления помпового ружья, но не решился применить.
— Понимаешь, испугался я, там же проходные дворы, а не заводы, — объяснял мне своё решение Володя, — вокруг нашего завода постоянно какие-то непонятные личности шатались. Чуть ли не каждую неделю разные генералы и чиновники завод изволили осматривать, половина нерусских, да с хитрыми сопровождающими. Те всё норовили мои станки срисовать, не поверишь, дважды эскизы сам отбирал. Пришлось специальными кожухами всё накрывать. Хорошо, что порох и капсюли ты здесь производишь, там бы их рецепты давно украли.
— Ну, капсюли европейцы лет двадцать не раскусят, нет такой аналитической возможности, — я не раз думал об этом, — хотя, ты прав, мы рискуем вооружить Наполеона.
— Ничего, если всё пойдёт по-нашему, Павла не убьют и Наполеон останется союзником России. Никита, кстати, уже познакомился с наследником, привозил к нам на завод и подарил ружьё. Надеюсь, удастся
