Сборник посвящен 70-летию советского уголовного розыска. В нем представлены произведения Павла Нилина, Юрия Германа, братьев Вайнеров, Аркадия Адамова, Леонида Словина, в которых показана работа уголовного розыска на различных этапах истории нашего государства.
Авторы: Вайнер Аркадий Александрович, Вайнер Георгий Александрович, Адамов Аркадий Григорьевич, Нилин Павел Филиппович, Словин Леонид Семёнович, Герман Юрий Павлович
Суд разрешил ему на три дня выехать из Москвы. Для устройства личных дел.
То, о чем Баракаев говорил, могло иметь отношение к судьбе разыскиваемой Денисовым и Сабодашем переписки. Из-за случайной неисправности в ячейке, думал Денисов, переписка, возможно, попала в котел большого судебного процесса, в котором участвовал Баракаев, и могла, в лучшем случае, сгинуть среди других бумаг, а в худшем — чем черт не шутит — стать, чьей-то ставкой в борьбе привлеченных к уголовной ответственности дельцов за то, чтобы остаться на свободе.
— Надеется помириться с женой! — Баракаев покачал головой. — Какой наив! В конце судебного следствия! Перед самым обвинительным приговором.
— Другие подсудимые, я чувствую, более… — Денисов искал слово, — зубастые! — Он проверял свою мысль.
Баракаев простер руки.
— Никакого сравнения! Так преобразились, пока под стражей! Теперь это законченные уголовники. Вчерашние собутыльники перегрызлись как волки. Я вам не зря сказал, что боюсь за документы, когда суд предъявляет им для ознакомления доказательства. На все способны! В одних вопросах они блокируются, в других — стремятся топить друг друга. Хоть в стакане воды…
Денисов вынул из блокнота заявление, которое они изъяли на складе невостребованных вещей. Написанное от имени адвоката, оно содержало просьбу о выдаче перенесенных из ячейки картонной коробки и баула.
— «От Баракаева…» Гм! — Адвокат пробежал глазами заявление. — Хотел бы я познакомиться с автором!
— Вы могли его видеть. Мне как раз и хотелось это проверить. Лет тридцати пяти. На нем куртка на застежках, шапка из нерпы. Может, встречался в зале суда?
Адвокат еще раз просмотрел заявление, вернул Денисову.
— С подсудимыми мы видимся только в зале. Я имею в виду тех, кто не под стражей. Они в костюмах, в галстуках, без головных уборов. Совершенно не представляю, в чем они появляются на улице. Другие же сидящие в зале — родственники. Не знаю. На Тхагалегова, по крайней мере, ваш знакомый не похож…
— Тхагалегов… — Денисов убрал бумагу в блокнот. — Куда ездил? В Орел? — Он догадался об этом.
— Именно! До вынесения приговора предстал, так сказать, перед семейным трибуналом. Да еще в конце судебного следствия на нашем процессе!
— В Орле тоже произведен самочинный обыск. Знаете?
— Мне никто не говорил! — Баракаев взглянул в окно и сразу засуетился. — Наконец-то! Думал, сегодня уже не уеду! Пожаловала… Ну, вы готовы?
— Да. Так когда конец судебного следствия? — успел спросить Денисов.
— Пойдемте. — Адвокат уже шел к дверям. — Судебное следствие? Оно заканчивается завтра.
Знакомый Денисову ночной инспектор выглядел основательно вымотанным: соображал с трудом и никак не мог схватить суть разговора.
— Ты приехал один? Или вместе со следователем? — Он несколько раз задал Денисову один и тот же вопрос. — Кто у вас ведет дело?
— Пока никакого дела. Со мной Антон Сабодаш. Ты его знаешь, дежурный.
— Еле ворочаю мозгами. — Инспектор был уже в годах, опытный. Он очень хотел спать, понимал, что временами говорит невпопад и только посмеивался над собой. Лицо у него было тяжелое, с набрякшими подглазьями. — А в принципе теперь можно здесь обойтись без меня.
— Почему же не уходишь?
— Инерция!
Денисов хорошо представлял его состояние.
— Теперь говори, что тебе от меня…
— Что можно сказать о задержанных? Что они за люди?
— Пока нуль информации. Не знаю даже их настоящих фамилий.
— Они не называют себя?
— Называют. Но адресное бюро данные не подтверждает.
— Значит…
— Кое-что могу предположить. Один недавно освободился из колонии. Тот, что старше. Типичный фармазон. Мы дали ориентировку. Второй тунеядец. Активной роли не играл. К вечеру скиснет. Короче, сам увидишь.
— «Борис» есть среди них? Может, фамилия второго начинается с Б? У нас шифр «Б-042».
Инспектор тряхнул головой.
— Могу поручиться только за свою фамилию. Она с другой буквы. Тебе известно.
— Известно… Как вы тут считаете; почему последний обыск они провели именно в Орле?
— Есть версия. Тот, что старше, в куртке, с капюшоном, утверждает, что раньше жил в Орле.
— Его нужно предъявить на опознание кладовщику камеры хранения, который выдавал вещи Баракаева.
Инспектор пожал плечами.
— За чем же дело? Действуй.
— Можешь показать документы, записи, которые изъяли в Орле на самочинном обыске?
Инспектор кивнул на лежавший на столе конверт.
— Читай…
Документов было немного, Денисов выложил их на стол, внимательно просмотрел все: накладные, несколько полуделовых
