Прикосновение

не удивило его.
Алану не было нужды проводить дальнейшее расследование. По той мертвой тишине, какая царила в коридоре, было ясно, что он в данный момент единственный его обитатель.
Он поспешил обратно в свою комнату и схватил телефонную трубку — но не услышал ничего, кроме мертвого молчания. Что ж, он был готов и к этому, поэтому не испугался — скорее рассердился. Он был готов швырять лампы и сокрушать стены.
Теперь-то ему было ясно, что происходит. Его хотят задержать здесь до вечера или до завтрашнего утра под предлогом защиты от буйнопомешанного. А потом, ну, скажем, около 9.45, примерно за полчаса до высокого прилива, «сбежавший сумасшедший» будет пойман, и тогда двери откроются и Алан получит возможность свободно уйти, но перед этим сенатор пожелает перекинуться с ним парой словечек и поведает ему о заманчивых планах на его, Алана, будущее.
«А между прочим, уж коль скоро вы находитесь здесь, не могли бы вы заняться этой моей миастенией?»
По-видимому, сенатор Мак-Криди не знает, что Алан в свою очередь также стремится его разыскать. Иначе к чему эта ловушка?
Итак, Алан терпеливо ждал, скрежеща от гнева зубами и постукивая пальцами по столу, наблюдая из окна за пейзажем Манхэттена. Он дошел до такой жизни, потому что его вечно во что-то втягивали, и отчасти он утратил контроль над собственной судьбой. По правде говоря, он превратился в пешку, которую двигают взад-вперед все, кому не лень, — обстоятельства, Совет попечителей, Дат-тай-вао и, наконец, сенатор Мак-Криди.
Ну что ж, пора положить этому конец. Алан Балмер снова садится в кресло водителя. Отныне он намерен взять жизнь в свои руки и сам принимать решения, не оглядываясь ни на кого.
«А пока подождем сенатора, — подумал он, — у меня есть для него сюрприз».

— Чарльз! — Сильвия крайне удивилась, увидев его на пороге своего дома. — Алан не пришел с тобой? — Она заглянула ему за спину.
Чарльз покачал головой и прошел в комнату. На нем был белый лабораторный халат. Чарльз был явно чем-то потрясен. Его и без того красное лицо сейчас просто пылало огнем.
— Они держат его там.
— Держат его? — Ее сердце забилось быстро-быстро. — Как долго они собираются его держать?
— Я думаю, пока не спадет прилив. И то, если он согласится с ними сотрудничать.
— Чарльз, о чем ты говоришь? Почему Алан не пришел вместе с тобой?
— Они вышвырнули меня! Просто взяли и вышвырнули. — Чарльз щелкнул пальцами и затараторил со скоростью пулемета: — «Вот ваше выходное пособие, и, пожалуйста, освободите помещение, большое вам спасибо». Наверно, Мак-Криди пронюхал, что я шарил в его секретных файлах.
— Чарльз! — Сильвия была расстроена и испугана. От Чарльза нельзя было добиться никакого толку.
— Хорошо! Хорошо! Сейчас я все расскажу тебе! — успокоил он ее, направляясь в библиотеку. — Только дай мне сначала чего-нибудь выпить!
И он действительно рассказал ей все. Сильвия сидела на валике кожаной кушетки, а Чарльз ходил взад-вперед по библиотеке, держа в руке стакан шотландского виски, и, время от времени отпивая из него, рассказывал ей невероятные вещи о человеке с раковыми метастазами в мозгу, у которого внезапно рассосался рак, о синусоидах в энцефалограмме, на которых экстремальные точки совпадали с амплитудами прилива, о «Часе целительной силы», которая посещала Алана, и о симптомах болезни Альцгеймера, которые, по-видимому, вызывала у Алана Дат-тай-вао.
—  Ты говоришь, что она разрушает его мозг? — Сильвия пришла в ужас.
Алан… маразматик в сорок лет — это известие было слишком страшным, чтобы сразу поверить в него.
— Боюсь, что так.
— Но тогда это совпадает с тем, что говорится о Дат-тай-вао в этой легенде, которую показывал мне Ба. Что-то о «сохранении равновесия». Если бы я сразу догадалась, что именно имеется в виду!
Она позвонила по внутреннему телефону в гараж, вызвала Ба и попросила его принести поэму о Дат-тай-вао. Затем принялась ходить по комнате, нервно потирая руки.
Последние события пугали и беспокоили Сильвию, вдобавок ко всему она еще не получила ответ на свой вопрос.
— Почему он все еще остается там?
— Потому что наш больной друг сенатор Джеймс Мак-Криди, который так ловко манипулировал нами, хочет использовать также и Алана, чтобы затем выбросить его на съедение волкам.
Последовал еще один рассказ — на этот раз о том, как Мак-Криди заманил