Принц-консорт

Литийская, мастер-охотник, и еще раз я хочу выразить вам свою благодарность.
– Леди Ловия, – я по привычке, но впервые распахнул дверь кабинета королевы ударом сапога, – почему вы меня не предупредили, что мастер Паулин является дедом погибшего в погани охотника?
– А что это изменило бы, Влад? – Королева открыла какой-то ларец. – Мастер Паулин – лучший портной Диоры, а то, что его внук был мастером-охотником… Кому это мешает, внук?
– А когда он стал при вашей протекции лучшим портным королевства – до гибели в погани его внука или после? Талантливых разумных много, и почти никто из них не может без мохнатой лапы взобраться на вершину успеха и получить всеобщее признание.
– Какая разница?
– В принципе вы правы, леди Ловия. Никакой разницы нет. А теперь у меня есть еще один вопрос. Кем он был для вас, из-за кого вы прислали мне на день рождения ящик «жемчужной лозы» и тонкий намек?
– Не он, а она. Она была моей лучшей подругой. Она была матерью этой до недавнего времени отверженной баронессы эл Шуко, бабушкой ее презираемой внучки. Она была одним из лидеров мятежников, и поверь, Влад, у нее были на это веские причины. Я отправила свою лучшую подругу на плаху и ничем не могла помочь ее дочери. Только глупцы могут думать, что король или королева всесильны. Так не бывает, Влад. Я не могла принять под свое крыло ее дочь и внучку. Меня бы не поняли даже абсолютно верные мне разумные, что же говорить о других. Благодарю тебя.
– Леди Ловия, а как вы вообще допустили возможность мятежа? Как вы не заметили подготовки к нему? Это ведь на вас совсем не похоже.
– Из-за нее, из-за этого идиота, моего мужа, я покинула столицу и вместе с внуком на два долгих года уехала из Литии. Я не имела информации, а когда началось, мне стоило большого труда все остановить. Влад, я тут подумала над твоими выходками, возьми этот артефакт. – Королева показала мне вынутый из ларца маленький жезл. – С его помощью ты сможешь убить любого разумного, и никто из магов ничего не заметит и ничего не сможет определить. Этот жезл вызывает инфаркт. О нем никто не знал, кроме меня. Теперь знаешь и ты.
– Однажды меня пытались такой игрушкой убить. Встречался я с подобными артефактами.
– Наверняка только с жалкими подделками, – улыбнулась королева. – Такого артефакта ты еще не видел и не брал в руки. Управлять им очень просто, разберешься. Этот жезл смерти добыл один вор в Черном храме, расположенном в Джамаре. А потом этот ночник стал основателем нашей династии, стал первым королем Литии.
– Что-то в последнее время этот храм часто встречается мне в разговорах, – пробормотал я. – И вы мне просто так его даете?
– Не просто. Скажи, Влад, а как бы ты планировал свергнуть Сонада Второго, при условии что корона Литии была бы твоим врагом?
– Да тут и думать нечего. Я бы организовал небольшой вялотекущий мятеж, который бы ваш внук подавил с особой жестокостью, я бы это обеспечил. Есть у него такая небольшая слабость: ненавидит он всех мятежников искренне и самозабвенно. Именно поэтому вы вернулись из монастыря, когда Сонад Второй пошел вразнос и стал перегибать палку, вспоминая старые обиды. Сейчас он нормальный, но пока снова кто-то не надавит на его уязвимые места. Я умею это делать. Жестокое подавление мятежа, недовольство дворян, спираль закручивается – и через некоторое время на месте сильнейшего королевства севера Сатума возникает одна сплошная зона гражданской войны. Леди Ловия, а что вы так побледнели? Хочу вас успокоить: это всего лишь игры моего разума, когда особо нечем заняться во время путешествий. У меня есть разработки по дестабилизации обстановки во многих странах Сатума и Ритума. Это не означает, что они верные или я их применю в реале. Леди Ловия, это – игры разума.
– Хорошие игры, – королева протянула мне артефакт, – особенно когда они верные. Этим жезлом я уничтожила в самом начале своего триумфального возвращения в Литию несколько влиятельных мятежников. Моя тогда еще немногочисленная армия смогла взять несколько важных замков, расположенных в ключевых точках страны. Это не было трудно, когда вся ночная стража осажденной крепости мгновенно умирает. А когда под мои знамена стали стекаться дворяне со своими воинами и магами со всей страны, я перестала использовать этот жезл. Я больше никогда в жизни его не использовала. А несколько преданных мне вассалов, знающих о его существовании, видевших результаты его работы, я отправила к Создателю. Почему я все это сделала?
– Все просто, – пожал я плечами. – Соблазн пойти легким путем, уничтожая все на своем пути, до добра не доведет. А убитые вами абсолютно преданные разумные не должны были хоть когда-нибудь о чем-то проболтаться. Иначе против вас взбунтовалась бы