Принц-консорт

из себя Шестилап.
– Почему, смертность ведь высокая? Из двадцати подопытных выжило только четверо.
– Да потому, Шалун, что длинноухие доведут его до ума, а только потом выбросят новый эксклюзивный товар на рынок, где будут абсолютными монополистами. И предлагать его начнут не Васе и Пете из подворотни, а человеческой элите. Конкретно – королькам в первую очередь, и, естественно, не за «спасибо». Кто сможет устоять перед искушением продлить свою жизнь на несколько веков? А что потом начнется? Почти каждый наследный принц, каким бы раздолбаем он ни был раньше, однажды захочет потереть свою задницу о некое симпатичное кресло. Или его подведут к этой мысли доброхоты, обязательно такие найдутся, а папенька все не умирает и не умирает…
– Но ведь эльфы, Влад, не…
– Не сравнивай менталитет людей и кроликов. Мы не только короткоухие, мы еще и короткоживущие. Нам подавай все и сразу. Шестилап, а коротышки не захотят тоже продлить свою жизнь? Может, вам хватит отведенного Создателем срока?
– Шутишь, Влад, мои соплеменники тут же ухватятся за эту возможность, я сразу это понял.
Молчание.
– Влад, вечно ты во всем видишь самое плохое.
– Матвей, разве…
– Не разве. Ты плохо слушал Живчика. На эксперимент отбирали молодых эльфов – а почему не зрелых? Да потому что точно бы никто не выжил. Это была элитная группа с четко поставленной задачей, и все. Я не знаю, что такое Скипетр, но ради него ушастые фактически пошли на самоубийство. Почти все умерли, а выжившие поменяли свое долголетие на сорок – пятьдесят оставшихся им лет жизни. Они согласились стать людьми! Они гордились своей миссией так, что Живчик смог у мертвого что-то узнать. Чейт смог обойти природную защиту Листика. Чтобы довести эксперимент до ума, потребуется еще не один десяток, а то и сотни жизней ушастых. Подумай головой, Влад, ты же знаешь, как эльфы относятся к самоубийству. Они пойдут на это только тогда, когда окажутся прижатыми к стенке, когда у них не будет выбора. А до этого еще очень далеко, если вообще возможно.
– Понял, частично был неправ, но только частично. А почему бы им заранее не готовиться к столь занимательному событию – и поменять подопытных кроликов на подопытных людей? Ты думаешь, у них будет нехватка в материале? Драконий хребет на что? Зайти с другой стороны процесса, отладить его, а потом устроить у себя вербовочные пункты и обещать долголетие за верную службу. Настрогать несколько десятков тысяч эльфо-людей – и пусть они за кроликов умирают.
– Влад, ты неправ, это я тебе говорю как специалист. На одну только теорию, как вообще можно сделать такое, уйдет много времени, потом лабораторные испытания, потом подготовка к эксперименту, закончившемуся частичным успехом. Если я скажу, что на это понадобилось не меньше шести десятков лет, мои коллеги поднимут меня на смех и после длительного спора сойдутся на полутора сотнях. То, что ты предлагаешь, – это полное безумие, придется начинать все сначала. Гораздо быстрее и эффективнее закончить одно исследование, а только потом на основании первого приступить ко второму. В этом случае твои эльфо-люди появятся через пять – десять лет.
– Какие коллеги, Живчик?
– Я, – замялся Чейт, – я почетный магистр кафедры химерологии Ринийского университета.
– И… ты же недоговариваешь! – не унимался я.
– И почетный магистр кафедры жизневедения Логирского университета. Парни, только это между нами. Не хватало мне стать объектом шуток и получить еще одну кличку.
– И вашим и нашим, они же прямые конкуренты, Живчик. – Я с улыбкой посмотрел на смущенного жизнюка. – Что ты вообще делаешь в Белгоре, научный ты наш?
– А где, по-твоему, я бы брал данные и материалы для своих диссертаций? А на эти крохи, что выделяли мне на исследования, я не мог купить даже нормальных реактивов!
– Хватит, сбросили пар – и баста. Основная опасность в ближайшие годы тут в другом, – продолжил Матвей. – Что, если о возможности продления жизни таким способом станет известно многим? Вспомните, как стали обращаться с клириками многие владыки, когда стало известно про Якова Пятого. Когда стало известно, что корону короля можно носить больше двадцати лет. Что будет?
– Да ничего особенного, – ухмыльнулся Гром, плотоядно глядя на Живчика. – Стихийникам ничто не грозит, а вот жизнюкам и химерологам придется туго. Начнется это не сразу, но закончится именно так, как поступили с демонологами после окончания Смуты. Ты не бойся, друг, я тебя спрячу в своем замке. Обещаю, что больше трех раз в день не буду спрашивать тебя об успехах в деле продления жизни.
– Своей, разумеется, – сварливо огрызнулся Живчик.
– Конечно, ты же сам себе не сможешь продлить, а вот мне…