Принцесса без короны. Неправильный отбор

действительно смогла спасти многих — и Валентин собирался заботиться о ней и защищать ее.
Всю жизнь и немного дольше, как говорят саалийские свадебные клятвы.
Кристиан понимающе кивнул. С искренним интересом посмотрел на Валентина — все эти годы его коллеги не переставали размышлять о том, что же за физиономия скрывается под маской? И вот она, типичная для саалийцев: бледная, остроносая, ничем особенным не примечательная.
— Вы похожи с братом, — заметил Кристиан. Валентин улыбнулся.
— Мы же родственники.
— Где она может скрываться, эта сволочь? — без перехода поинтересовался Кристиан. — И зачем ему нужна война?
Валентин откинулся на спинку кресла — уже не моего, напомнил он себе — и сказал:
— Я не знаю. Об этом тоже надо подумать, Кристиан. Поймем мотивы — найдем его.
Лицо Кристиана дрогнуло, как у хищника, который готов сомкнуть зубы на горле жертвы и захлебнуться ее кровью. За это Валентин и любил его: ему нравилась эта мгновенная и решительная готовность сражаться.
— В этом году шаннийцы впервые за много лет провели массовые военные учения. Прикупили наемников, — сообщил Валентин. — Представляешь себе этих красавцев на поле битвы?
Кристиан усмехнулся.
— Они вроде бы тяжелее помады ничего не поднимают. Хотя принц с первого курса ловкий парень. Эти его кружевные манжеты и тушь для ресниц лишь маскировка. Снат пригласил меня посмотреть, как работает подопечный — он так двигался, я даже залюбовался.
— Лучше орка? — спросил Валентин. Кристиан прикрыл глаза.
— Намного лучше. Я не знаю, как он тогда позволил надавать себе по заднице.
Валентин кивнул.
— Вот и про орков, кстати. Оркувены отправили своего княжича учиться магии, — он заглянул в одну из ведомостей на столе. — И прислали очень щедрое пожертвование… я уж не говорю о личной княжеской благодарности.
Во взгляде Кристиана мелькнули золотистые искры: он видел те мешки, которые Золотые богатыри князя Шурана сгружали с повозки.
— Камни? — поинтересовался он. Валентин кивнул.
— Бериллы, сердолики и яшма. Если хочешь, загляни вечером, возьми, какие придутся по душе.
Кристиан заулыбался. Впервые с момента взрыва он по-настоящему ожил.
— Спасибо, дружище, обязательно загляну. А Гровир отличный боец, да, — согласился Кристиан. — С такими темпами закончит учебу за два года. Я было заговорил с ним про работу на кафедре, но он отказался. Его, дескать, ждут в Застепье.
— А мой отец выделил дополнительные деньги на оборону, — произнес Валентин. — Я говорил с ним весной… он сказал, что отбор невест самое крупное международное мероприятие. И к нему поступила информация, что есть некие силы, которые обязательно используют его, чтобы столкнуть всех нас лбами.
Кристиан понимающе качнул головой.
— Как думаешь, — спросил он, — наш преступник сейчас находится в академии или действует издали?
Валентину оставалось только развести руками. Он старательно отстранял от себя мысль о том, что в мире есть волшебник, который способен обвести его вокруг пальца. Нет, Валентин, конечно, понимал, что однажды придет тот, кто будет сильнее, чем он, но не думал, что это произойдет так быстро.
— Я не знаю, — честно сказал он. — Но это человек с колоссальным магическим даром. Мы с тобой вдвоем осматривали горошины и ничего не заподозрили, он отвел нам глаза, как детям.
Валентин обновил бокалы — такое понимание тоже следовало запить.
— Тогда он может сейчас сидеть здесь, — предположил Кристиан, сделав глоток. Улыбнулся: вино ему понравилось. — А мы его не видим.
— Не может, — ободряюще произнес Валентин и кивнул в сторону двери, на крошечный желтоватый кристалл. — Это детектор жизни. Сейчас он показывает, что в кабинете два человека, и что здесь нет чужой магии.
Кристиан бросил оценивающий взгляд на кристалл и довольно улыбнулся.
— Полезная вещица, — одобрил он. — А его можно как-то обмануть?
— Нет, на наше счастье, — ответил Валентин и сделал глоток из бокала. — Кому выгодна грызня, Кристиан? Мы ведь понимаем, что настоящие организаторы всех войн обычно стоят в сторонке, смотрят и подсчитывают доход.
— Я подумаю об этом, — твердо сказал Кристиан и, сделав паузу, добавил: — И знаешь… я сделаю все, чтобы ты не пожалел о том, что предложил меня в ректоры. Я ценю твое доверие и не разочарую.
Валентин кивнул, чувствуя, как в душе поднимается волна тепла и надежды. Сейчас — да и потом, и всегда — ему нужен был именно такой человек, как Кристиан: сильный, решительный, готовый сражаться и побеждать.
— Я знаю, дружище, — ответил он. — Мы победим.
Потом Кристиан покинул кабинет