Принцесса без короны. Неправильный отбор

смерть. И сейчас убежала с лекции, потому что смерть снова была рядом.
Госпожа Эмилия улыбнулась и вернула палочку на место. Дайна вздохнула с облегчением. Ей не хотелось узнавать, на что именно способна эта палочка в умелых руках.
— Вы, должно быть, не знаете об этом, — сказала госпожа Эмилия, — но личные заклинания мага рассеиваются после его смерти. Когда Валентина убили, то чары, которыми он вас укрыл, развеялись. Вы некромантка, Дайна, сейчас мы с вашим куратором это прекрасно видим.
Дайна машинально приложила руки к животу. Они все видят? Значит, и инквизиция почувствует. Возможно, гранд-мастер Баэрн или кто-то из его коллег уже въезжает в замок, чтобы устроить сожжение некромантки.
— И что вы собираетесь делать? — спросила Дайна и не узнала собственный голос. Так мог бы говорить страх за свою жизнь.
— Я же говорю, вы у друзей, — сказал Александр. — Мы прикроем вас по-новому. Всем остальным скажем, что наш ректор… ну, то есть уже бывший ректор просто был без сознания после Огненного кулака. А ваш друг, кстати… Тоже воскрешенный?
Гровир с достоинством кивнул.
— Сестра моей крови спасла меня, когда проявилась Мировая нить. Одно из чудовищ ударило меня по спине, — ответил он. Госпожа Эмилия ахнула, покачала головой.
— Да, это заметно, если всмотреться в вашу ауру, — промолвила она. — Гровир, постарайтесь несколько дней не волноваться, попейте успокоительное. Чем ровнее ваше состояние, тем быстрее растают эти нитки.
— Благодарю вас за заботу, — сказал Гровир и поклонился госпоже Эмилии. — Но кто мог убить господина ректора?
Александр пожал плечами.
— Наверно, тот же, кто покушался на девушек на отборе, — ответил он и добавил: — По большому счету, его следует отменить. Пусть принц Эжен просто выберет какую-нибудь из участниц, так было бы намного безопаснее для всех.
— К сожалению, это не нам решать, — госпожа Эмилия взяла со стола маленький сиреневый шар на подставке и, всмотревшись в его туманную глубину, довольно заявила: — Отлично, некромантка еще не проявилась в магическом поле! Мы успеем ее прикрыть от инквизиции!
Дайна усмехнулась.
— Вам следовало бы отдать меня, а не прятать, — сказала она. — Так ведь должны поступать законопослушные волшебники?
Госпожа Эмилия кивнула, и Дайну снова обдало холодом.
— Да, мы законопослушные волшебники, — ответила она. — Но мы не дураки и не предатели. А отдавать на верную смерть ту, которая спасла дюжину людей… Это было бы подло.
Александр рассмеялся и, приобняв Дайну за плечи, произнес:
— К тому же, все мы недолюбливаем инквизицию. Садитесь-ка вот сюда, — и, мягко подтолкнув Дайну к изящному высокому стулу, он обернулся к Гровиру: — А вы, юноша, принесите вон тот металлический ящик. Будете ассистировать.
Гровир послушно вытащил ящик из угла — в нем были пузырьки с золотистой жидкостью, которые лежали в бархатных гнездах. Дайна удивленно заметила, что пузырьки шевелятся, словно содержимое заставляет их приплясывать на месте. Госпожа Эмилия заглянула Дайне в глаза, удовлетворенно кивнула и спросила:
— Так это на вас Валентин собрался жениться?
Жениться? Дайна едва не упала со стула. Конечно, она всем сердцем желала бы этого, да и кто не хочет выйти замуж за любимого?
Но теперь Валентин не узнавал ее. Он смотрел на Дайну, и в его глазах была лишь холодная пустота.
— Жениться? — переспросила Дайна. Госпожа Эмилия вынула один из пузырьков, открыла и проворно закапала несколько капель в глаза Дайне. Все заволокло золотым туманом, словно Мировая нить проявилась прямо в кабинете.
Они никогда не поженятся. Дайна вернула Валентина в мир живых, но он потерял свою любовь к ней в стране мертвых.
Может, поэтому некроманты прокляты с начала времен? Потому что мертвые не возвращаются просто так? И плата, которую они отдают за свое возвращение, намного больше жизни?
— Да, он сказал об этом на совете, — пальцы госпожи Эмилии легли на голову Дайны, ввинтились в волосы, и кабинет мягко поплыл куда-то в сторону, утопая в золотом тумане. — Его величество Леон приказывает ему вступить в брак, поэтому он не может оставаться на посту ректора.
Даже так… Валентин готов был жениться, они любили друг друга, и у Дайны могла бы наконец-то появиться настоящая семья, а не мираж. Но кто-то пришел с Огненным кулаком, и все кончилось.
— Я люблю его. Люблю, но он не узнал меня, когда вернулся, — призналась Дайна и с искренним удивлением поняла, что в глазах госпожи Эмилии заблестели слезы. Она их не видела в золотом мареве — просто почувствовала, что преподавательница тронута до глубины души. Валентин был для нее другом, почти сыном,