Для спасения от проклятия Император должен найти принцессу уничтоженного им королевского дома и сделать так, чтобы она взаимно полюбила кого-нибудь из его рода. Он уверен, его сын и наследник — лучший кандидат на роль соблазнителя, ведь Император никогда не влюблялся и не верил, что способен на это чувство. Но знакомство с принцессой заставляет его усомниться в том, что он выбрал ей правильного жениха.
Авторы: Анна Замосковная
желание скорее умчаться на запад, к особняку в оливковой роще. Дома, у ворот на заветную дорогу, ждёт служитель морского бога, готовый связать Ингвара и Мун узами брака, и только двое мешают этому: выживший Сигвальд и Император, ослушаться которого слишком опасно, даже если ты его тесть.
***
Голова Марсеса с гулким стуком падает на стол. «Отлично, а то пришлось бы ждать, когда оба натешатся», — Вездерук прячет ухмылку в кубке с вином, изображая, что делает глоток.
Указывая пальцем на Марсеса, Арн громко смеётся:
— Слабак.
— Мальчишка. — Кивает Вездерук и ударят кулаком себя в грудь. — А вот мы — настоящие мужчины.
Арн лишь смеётся. Он раскраснелся, но блеск тёмных глаз острый, настороженный.
«Он мне не доверяет, — Вездерук делает небольшой глоток сладкого до приторности напитка. — Может даже догадывается, что я не так уж пьян».
— Чего ты хочешь? — Арн громко ставит кружку на стол. — Что задумал?
Его язык заплетается, но взгляд прожигающий. Вездерук вскидывает руки:
— Ничего.
— Брось. — Арн грозит пальцем. — На твоей крысиной роже написано, что ты что-то задумал.
Вездерук вспыхивает, «крысиная рожа» — кошмар его детства, ненавистнее только обращение «крыса». С трудом подавив гнев, он поводит плечами:
— Я тут подумал: а почему бы нам не попробовать принцессу, так сказать, как женщину. Когда ещё будет возможность вставить девке королевской крови?
Откинувшись на спинку стула, Арн смотрит на него сквозь задумчиво-хитрый прищур:
— А не слишком ли жирно для такого ублюдка? — Щёлкает пальцами. — И не слишком ли опасно?
— Усыпи её снова — и о том, что мы с ней делали, никто не узнает.
Сердце Вездерука стучит так часто, что начинает гудеть в висках, он подаётся вперёд:
— Только представь: принцесса, будущая королева — и вся наша.
— А Ингвар? — ухмыляется Арн. — Он может приехать в любой момент.
Стискивая кружку дрожащими от возбуждения пальцами, Вездерук делает короткий глоток:
— Один стоит на стрёме, другой — с принцессой. Ну же, у нас слишком мало времени, чтобы праздновать труса.
Продолжая щурится, Арн медленно допивает вино. Вездеруку кажется, он сойдёт с ума от нетерпения, он скрипит зубами и тут же выдавливает кривую ухмылку.
Арн громко ставит кружку на стол и поднимается, поправляет пояс:
— Дельное предложение. Я первый. Ты на стрёме. — Сделав несколько шагов к двери, Арн оборачивается. — И не вздумай меня подставить: Ингвар всё равно узнает, что это была твоя идея, моё слово для него куда весомее твоего.
Назад
1234
Вперед
Выдавив подобострастную улыбку, Вездерук опускает голову в поклоне:
— Ну что ты, всё сделаю честь по чести.
Он изнывает от желания. Едва Арн скрывается за дверью в подвал, Вездерук делает шаг к выходу в коридор, но останавливается.
«А если подсмотреть? Хотя бы одним глазком», — он облизывает губы, нарисованные воображением картины отзываются тяжестью в паху, штаны оттопыриваются.
Переступив с ноги на ногу, Вездерук оглаживает себя и бесшумно отправляется за громко топающим по ступенькам Арном.
«Я только немного гляну», — обещает себе Вездерук, уже понимая, что не сможет отказать себе в удовольствии посмотреть действо до конца, и немного сожалея, что Мун будет валяться безвольным телом: он бы предпочёл, чтобы она вырывалась и молила о пощаде.
«Как было бы сладко, если бы она кричала и плакала… Но это слишком опасно. Придётся довольствоваться спящей».
Он снова оглаживает себя. В глубине подвала тихо скрипит дверь в камеру пленницы.
***
«Что делать, что делать, что делать? Как спасти Мун?» — внезапно понимаю, почему сейчас, когда это больше всего нужно, моя знаменитая интуиция кричит, но не даёт никакого верного направления: я слишком испуган. Прежде я сохранял спокойствие, что позволяло расслышать шёпот души, а теперь она, обезумевшая, визжит от страха и ничем не может помочь.
Горожане и даже стражники вдавливаются в стены домов, пока я вихрем мчусь на коне по булыжным мостовым. Я в ярости и гневе.
Я испуган, и липкий мерзостный страх настолько непривычен, что я теряюсь.
— Император! — хрупкая фигурка в светлом платье бросается наперерез.
Конь резко останавливается, и я грозно смотрю на миловидную девушку.
«Сестра Мун», — в сердце снова отдаётся боль.
— Что с сестрой? — По щекам Фриды стекают слёзы. — Где она? Вы спасёте её?
— Спасу, — шепчу я своё самое сокровенное желание. — Я её обязательно спасу, чего бы это ни стоило.
Слёзы капают с её покрасневшего лица на грудь. «Эта девушка… она переживает за Мун
