Быть драконом не так уж и просто. А повелительницей мира – тем более. И пусть в этом мире никто не знает, что в нем есть повелительница, это не снимает с нее обязанности защищать свой мир. И делать это приходится не только в облике дракона, но и в своей второй ипостаси – рыжей девочки.
Авторы: Дубровный Анатолий Викторович
и превратила его в мокрого зомби.
– Какого? Мокрого? Как это? – заинтересовался Масин, он был некромантом, будущим, поэтому его заинтересовал мокрый зомби.
– Новая разработка госпожи магистра, – заговорщицки сообщила светлая эльфийка, ей за спиной студента одобрительно подмигнула Ирэн. – Мокрый зомби! Есть простой, есть сложный, а теперь есть еще и мокрый!
– Так где же… Если вы его упокоили, должно ж тело остаться, – удивленно оглянулся студент, – ну хоть что-то должно же остаться?!
– Тебе же сказали – мокрый зомби! Мы его при упокоивании расплескали! Понятно? – Ирэн поднялась с пола и теперь чистой тряпочкой убирала воду со стола.
– Как расплескали? – еще больше удивился Масин и повернулся к светлой эльфийке.
Та показала руками, как расплескивают воду:
– Вот так расплескали, взяли и разбрызгали!
У Масина глаза сделались совсем круглыми, он изо всех сил пытался представить, как здесь разбрызгивали зомби. Он развел руками, показывая, что это выше его понимания – как это можно расплескать зомби. Ирэн даже нахмурилась, поражаясь такой непонятливости, она похлопала рукой по столу, вода брызнула во все стороны, немного попало и на студента.
– Вот так и расплескали, разбрызгали, – пояснила Ирэн, она с усмешкой посмотрела на фон Крунува, который с ужасом и брезгливостью смотрел на те места своего щегольского костюма, куда попали брызги. Ирэн с той же усмешкой подняла мокрую ладонь, осмотрела ее, потом лизнула: – Вот, солененькая, на, попробуй! – Девушка протянула свою мокрую ладонь студенту, тот побелел и, с трудом сдерживая рвотные позывы, выбежал из аудитории.
– Девочки, зачем вы так, он же может там что-нибудь запачкать! – с укором сказала Маритининиэль хохочущим эльфийкам.
Рен сидел у каюты пассажирок, рядом с ним несли скорбную вахту шесть орков команды. Из каюты слышались тихие всхлипы, время от времени переходящие в громкие рыдания. Рену самому хотелось как-то выразить свои чувства, он очень привязался к сестрам. А вот орки, те явно готовились громко излить свою печаль – завыть. Они уже раскрыли рты, как из каюты раздался визг, сначала испуганный, а потом радостный. Рен вскочил и дернул дверь, там вокруг Милисенты, которая держала на руках Листика, хлопотали Миларимо и Киламина. Милисента очень осторожно положила девочку на кровать, на губах Листика пузырилась кровь. Повернувшись к Рену, девушка скомандовала:
– Теплой воды!
Эту ее команду услышали орки, они выглядывали из-за плеча Рена. Все шестеро орков бросились в сторону камбуза, через некоторое время они появились, четверо из них тащили большой котел, в котором корабельный кок обычно варил кашу на всю команду, двоим не хватило места, чтоб ухватится, но они всем своим видом изображали деятельное участие в процессе переноски. Милисента, уже одевшаяся в свой обычный брючный костюм, увидев эту картину, засмеялась. На палубе, привлеченная шумом, оказалась вся команда. Люди с удивлением и благоговением смотрели на девушку, командовавшую своими служанками. Те очень осторожно обтирали мокрыми губками рыжую девочку. Та была очень бледная и, вероятно, очень слабая, но это не помешало ей показать язык особо любопытным, заглядывавшим в каюту. Потом Милисента закрыла дверь. А матросы засыпали Рена вопросами, главным из которых был: «Как девушки оказались на корабле, да еще и в закрытой каюте?» Тот не знал, что отвечать. Ответил Ыраламыр, он важно кивнул и произнес всего одно слово:
– Арыамарра!
– Которая из них? – спросил кто-то из матросов, а боцман еще раз важно кивнул:
– Обе!
На следующее утро Листика, в сопровождении суетящейся Миларимо, вынес на палубу Ыраламыр, он никому не доверил столь важное и ответственное дело. За ними вышли Милана с Киламиной. Листика устроили на бухте каната, предварительно положив туда пару подушек. Девочка блаженно жмурилась на солнце, казалось, она всем телом впитывает его тепло, и не только тепло. Бледная и апатичная, Листик буквально оживала на глазах. Вот она начала улыбаться и вертеться. Милисента заботливо поправила подушки, погладила девочку по голове и строгим голосом, никак не вязавшимся с ее предыдущими действиями, произнесла:
– Лежи! Тебе лежать надо, сил набираться!
– А я и набираюсь, у меня так быстрее получается! Когда я двигаюсь, в меня сила быстрее входит!
Милисента вздохнула и развернулась в сторону подошедших капитана и его помощника.
– Леди Милана, я бы хотел выразить вам благодарность за спасение корабля, от себя и от всей команды, – поклонился капитан, вслед за ним поклонился и помощник. Затем капитан продолжил: – Вы великолепно сражались! Надеюсь, ваш дракон не
