Принцесса по приказу

закатила глаза, уже понимая, что получу выговор, и ответила на вызов:
— Да?
— Голованова! — голос полковника громыхнул на весь ресторан, — Где тебя черти носят! Немедленно в контору!
— Но…
— Никаких «но»!!! Адрес диктуй, машину пришлю.
Я судорожно заозиралась по сторонам, ища официанта, чтобы уточнить адрес. Рой мягко, но настойчиво забрал у меня телефон.
— Дайте сюда, — приложил к уху и заговорил достаточно официальным тоном, — Это Алайстер. Да, я рядом. Скоро будем. Встретимся внизу, — он вновь протянул телефон мне, — Пойдемте, не стоит заставлять полковника нервничать еще больше.
— Макс, извини, — я отодвинула тарелку и слегка виновато посмотрела на приятеля, — Мне действительно надо бежать…
Я встала. Он остался сидеть за столом, лишь недовольно поджал губы, с явной злостью посматривая на Роя.
— Всего доброго, — слегка насмешливо произнес тот, беря меня под руку и толкая к выходу, — Приятно было познакомиться.
— Но вы же не представились, — спохватилась я, когда мы вышли из ресторана и сели в «мерседес» Роя, припаркованный у входа.
— Это вы меня не представили, — поправил меня граф, — Дмитрий, на Литейный!
Последнее адресовалось водителю.
— Как скажете! — кивнул тот, выворачивая руль. Машина заложила вираж, ювелирно проходя в миллиметре от дорогущего внедорожника. Я посмотрела на коротко стриженную макушку сидящего впереди мужчины. Интересно, а он в курсе, кого возит? Скорее всего, нет. Сказали, что иностранный высокопоставленный гость, вот он и старается. Водитель взглянул в зеркало заднего вида, заметил мой взгляд и сделал вид, что его это не касается. Понимая, что спрашивать, что случилось, сейчас бесполезно, я достала телефон, проверила вызовы (пять от Павла Андреевича, десять от мамы), отправила родительнице смс, что со мной все в порядке, и откинулась на подушки сидения.
В голове навязчиво звучала мелодия из «Семнадцать мгновений весны». Мне очень хотелось расспросить своего спутника, но я еще раз посмотрела на водителя и отложила вопросы на потом.
В салоне пахло кожей и коньяком. Машина ехала очень мягко и казалось, что дома на набережной проплывают мимо. Разноцветные здания Эрмитажа, особняк великого князя Константина с входом-портиком, на котором сидели не то орлы, не то горгульи, серо-розовый мраморный дворец — подарок императрицы Екатерины II ее фавориту. Памятник Суворову около Марсова поля. Мне показалось, что полководец смотрит на меня с немым укором. Черная с золотом ограда Летнего сада, из-за которой были видны многочисленные туристы, Фонтанка и вновь дома, уже попроще: светло-зеленые, бежевые, желтые. Голубой с белыми колоннами, поддерживавшими балкон, — дом фельдмаршала Кутузова. Проезжая этот дом, я всегда представляла на балконе грузного, седого человека с черной повязкой на глазу — таким, каким его изображали на картине «Совет в Филях». Почему-то стало грустно, что я это не скоро увижу. Я часто заморгала, стараясь скрыть слезы. Рой внезапно сжал мои пальцы. Я бросила на него удивленный взгляд, мужчина ободряюще мне улыбнулся:
— Вы вернетесь, — уверено сказал он, словно разгадав мои мысли. Я кивнула, но руку выдергивать не стала. Мы повернули на Литейный.
Под недовольные взгляды постового наша машина остановилась прямо около входа в Большой дом. Рой вышел, не дожидаясь, пока водитель откроет дверцу, и протянул мне руку.
Павел Андреевич ждал нас на входе. Он стоял у «вертушки», под удивленными взглядами дежурных, то и дело поглядывая на свои часы. Было заметно, что он очень волнуется.
— Наконец-то! — пробурчал он, как только увидел нас, — Пойдемте!
Резко развернувшись, полковник слишком быстро зашагал куда-то к лестнице, явно избегая моего взгляда. Шаги гулко разносились по абсолютно пустым коридорам. Я сначала замедлила шаг, затем и вовсе остановилась:
— Подождите. Мы идем к подвалу, верно?
— Да, — Рой не стал лукавить, — нам придется отправиться в мой мир прямо сейчас.
— Но вы обещали два дня…
Мужчины переглянулись, словно решая, стоит ли меня посвящать в их планы.
— К сожалению, все изменилось, — вздохнул Алайстер.
Это разозлило меня:
— Так, либо вы сейчас рассказываете мне все, либо я разворачиваюсь и ухожу!
Павел Андреевич одобрительно хмыкнул, Рой поморщился, хотя, скорее, это относилось к задержке, чем к моему любопытству.
— Карисса пропала, — нехотя признался он.
— Карисса? — глупо переспросила я и спохватилась, — Это же… принцесса?
— Именно, — Рой подхватил меня под руку, словно боялся, что я сбегу, — у нас мало времени.
— Вы что, хотите сказать…