Каждая девочка мечтает стать принцессой. Кроме, пожалуй меня. А что делать? Я выросла и служу в госбезопасности, правда в финансовом отделе, но это ничего не меняет. Как только высшему руководству понадобилось оплатить старые долги перед другим государством, меня отозвали из отпуска, показали иные миры и приказали заменить пропавшую принцессу. Вот и пришлось против желания отправится в загадочную Лагомбардию, и рисковать своей жизнью. Южное солнце, зеленые холмы, древние храмы и магия — все это завораживает. А граф Алайстер, хоть и заносчив, но почему при виде него у меня замирает сердце?
Авторы: Екатерина Каблукова
а завтра мы отправимся в палаццио принца Риччионе, откуда вы под видом Кариссы торжественным свадебным кортежем выдвинитесь в сторону Лагомбардии.
— А что будете делать вы?
— Искать ее. Потом мы решим, в какой момент она вас заменит.
— Как мило. Вижу, вы все предусмотрели…
— Оставьте вашу язвительность. Она вам не к лицу, — отмахнулся граф.
— Позвольте мне самой решать, что мне к лицу! — прошипела я, едва сдерживаясь, чтобы не ударить его.
— Разумеется. Вы всегда сможете выбрать платье, — Рой скривил губы в улыбке, выдержал паузу и жестко добавил, — В остальном вам придется исполнять мои распоряжения. Ставки слишком высокие, и я не хочу рисковать. Вот, держите!
Он протянул мне кольцо, сделанное из точно такого же металла, как и его цепь, с полупрозрачным желтым камнем, на котором ажурным не то четырехлистником, не то крестом были выложены мелкие черные камушки, проливавшиеся на свету всеми цветами радуги.
— Что это? — я не шелохнулась, опасаясь брать изделие в руки, понимая, что от этого человека ничего хорошего ожидать не приходится.
— Амулет. У нас нет времени учить вас танцам и хорошим манерам, амулет поможет вам не оплошать, давайте руку!
Даже не дожидаясь моего согласия, Рой весьма ощутимо схватил меня за правое запястье и надел кольцо на безымянный палец. Село как влитое. Граф кивнул и выпустил мою руку. Я горько усмехнулась, опять у меня было все не как у людей.
— Никогда не снимайте его, — предупредил меня Рой, — я вплел еще и охранные заклинания.
— Наверняка еще и маячок, — фыркнула я, вспомнив наших технарей. Он усмехнулся:
— Разумеется, памятуя то, как вы обычно отвечаете на телефонные вызовы…
— Будто здесь есть телефоны.
— Нет. Как и автомобилей и самолетов. Поэтому мы перенесемся в Риччионе при помощи портала, а уж обратно в Лагомбардию вы вернетесь в карете или верхом, как вам будет угодно.
— Мне не угодно возвращаться в Лагомбардию.
— Придется, все равно попасть в ваш мир можно лишь отсюда.
Я с интересом посмотрела на своего похитителя:
— И как же это можно сделать?
Рой покачал головой:
— Пока что вам не стоит знать это.
Не дожидаясь моего ответа, он вышел, а я закружила по комнате. Меня раздражало собственное бессилие. Буквально связанная по рукам и ногам приказом, я ничего не могла противопоставить этому интригану, более того, если разобраться, то формально он был прав. Приказ не отменен. Я вчера почти была готова уступить ему, и потом: я действительно сама пила этот чертов коньяк! Только отвратительно было чувствовать себя марионеткой в чьих-то руках. Я прошлась по комнате, пытаясь найти выход.
Меня не устраивало, что в этом мире я полностью зависела от графа Алайстера и без его помощи не могла вернуться в свой мир. Скорее всего, он попытается сыграть на этом, чтобы подчинить меня своей воле.
Единственная зацепка — попытаться самой найти путь в свой мир, тогда этот самодовольный интриган явно будет посговорчивее. Наверняка шкаф находится в его доме. Рой сказал, что завтра мы уедем в Риччионе, значит, на все про все у меня были лишь сутки.
Вошла Далия, неся с собой какой-то сверток, оказавшийся платьем. С гордостью женщина разложила его на кровати с тем, чтобы я полюбовалась и тканью, и вышивкой. Нехотя я взглянула и скривилась: платье мне напомнило обивку мебели, стоящей у нас в музеях: золотистый шелк, вышитый гладью, не то канарейки, не то попугаи.
Понимая, что мне все равно придется носить такое, пока я в этом мире, да и вообще лучше сейчас изобразить покорность, я послушно позволила переодеть себя. Платье было скроено так, чтобы сквозь прорези в ткани выступало полотно нижней рубашки, которую Далия долго расправляла, создавая абсолютно ровные складки, затем она заплела мне замысловатые косы и подала небольшое зеркало: золотистый, отполированный до блеска металл, в оправе зеленого с золотыми искрами. Само зеркало было очень легким. Я крутила его во все стороны, с изумлением рассматривая себя, затем вновь повернулась к служанке и протянула ей зеркало, она помотала головой:
— Мадонна, это — ваша вещь. Подарок графа.
— Спасибо, — я отложила зеркало и направилась к окну, намереваясь взглянуть на местность.
— Мадонна, вам не стоит этого делать, — остановила меня служанка, я слегка нахмурилась и посмотрела на нее, ожидая пояснений.
— Вы здесь, в доме неженатого мужчины…
— И что? — не совсем поняла я.
— Слуги могут вас увидеть, — она решительно подошла к окну и поправила плотные портьеры. Я прикусила губу, стараясь не выдать свое разочарование. Желудок вдруг забурчал, напоминая о себе, Далия встрепенулась:
