Каждая девочка мечтает стать принцессой. Кроме, пожалуй меня. А что делать? Я выросла и служу в госбезопасности, правда в финансовом отделе, но это ничего не меняет. Как только высшему руководству понадобилось оплатить старые долги перед другим государством, меня отозвали из отпуска, показали иные миры и приказали заменить пропавшую принцессу. Вот и пришлось против желания отправится в загадочную Лагомбардию, и рисковать своей жизнью. Южное солнце, зеленые холмы, древние храмы и магия — все это завораживает. А граф Алайстер, хоть и заносчив, но почему при виде него у меня замирает сердце?
Авторы: Екатерина Каблукова
и «против», — Скажите, зачем вам это?
— Если я отвечу, что из альтруистических соображений хочу помочь вам, вы поверите?
— Нет.
— Я так и думала. Тогда считайте, что я меркантильна и хочу обещанную вами премию.
— Вам нужны деньги? — напрямик спросил он. Я покачала головой:
— Деньги нужны всем. Они помогают нам стать независимыми.
Граф задумался, затем нерешительно кивнул головой:
— Хорошо, только потом не говорите, что я не предупреждал… С этого момента вся ответственность на вас. Последствия вы видели.
— Видела. Хотя… не могу понять, почему молния ударила в спальню, а не в меня?
— Маяком служило кольцо. Вернее, вплавленная туда прядь волос. Судя по всему, наши противники знали, что я использую амулет. Предполагалось, что двойник принцессы его не снимет. Никто же не мог подумать, что вы ослушаетесь приказа!
При словах «наши противники» я улыбнулась, понимая, что эта партия осталась за мной, а затем призналась:
— На самом деле, я хотела провести эксперимент…
Понимая, что именно сейчас не стоит ничего скрывать, я сбивчиво рассказала о своих ощущениях, когда кольцо было надето на мой палец. Вопреки моим ожиданиям, Рой очень внимательно выслушал меня, затем кивнул:
— Да, такое возможно. Эти амулеты фактически передают тому, кто их носит, часть памяти другого человека. Значит, и чувства, и мысли тоже этому подвластны. Интересное наблюдение.
— Простите?
— До вас никто не говорил об этом.
— Не считали нужным?
— Или не замечали, — Рой сел за стол, подвинул лист бумаги и, достав грифель, начал бездумно штриховать, — В любом случае мы знаем, что Кариссу пытались уничтожить.
— У вас ест предположения, кто стоит за всем этим? — без обиняков спросила я. Граф пожал плечами:
— Разумеется, Пастыри из Лаччио. Вопрос, кто в Лагомбардии связан с ними, а этого я пока не знаю. Многим знатным семействам с обеих сторон была очень выгодна война между нашими государствами.
— И кто выиграет больше всех?
— На самом деле — никто, но, думаете, кому-то до этого есть дело? — теперь голос Роя был полон сарказма, — Сиюминутная выгода — вот то, что все видят. И я не знаю, кто из них готов убить принцессу ради очередного мешка золота.
Я внимательно посмотрела на него:
— В связи со всеми событиями вы уверены, что Карисса жива?
— Да. Хрусталь в ее медальоне не стал светлым.
— Почему он светлеет? — спросила я. Рой улыбнулся. Отодвинул исчирканный лист и взял следующий. На этот раз его движения были последовательными и четкими.
— Сказать по правде, я как-то не задумывался об этом, — он взглянул на меня и вновь перевел взгляд на рисунок. Движения грифеля стали плавнее, — Все дело в том, что черный хрусталь прекрасно хранит все, что в него заключили. Возможно, попадая в него, кровь остается как бы живой, и лишь когда владелец умирает, она перестает быт прежней.
— И что же с ней происходит?
— Ну что может произойти с кровью? Кислород перестает поступать, и она сворачивается, — он с насмешкой посмотрел на меня, — В результате получается химическая реакция… уж это-то вы должны знать!
— Вы переносите меня в другой мир, показываете магию, а потом требуете, чтобы я вспомнила школьную программу! — возмутилась я, — Еще скажите, что магию можно объяснить с научной точки зрения!
— Если постараться, то можно, — согласился Рой, — Только зачем?
Он посмотрел на лист, по которому водил грифелем, едва заметно смутился и перевернул его. Я успела заметить, что там был набросок: портрет девушки, наверняка Кариссы. Я хотела попросить посмотреть, но он сжал руку, комкая бумагу:
— Теперь о главном: раз уж вы приняли решение остаться, вы полностью подчиняетесь моим приказам и не устраиваете самодеятельности, как с кольцом!
— Если бы я не устроила этой самодеятельности, то вряд ли сейчас сидела бы в этой комнате и выслушивала ваши требования, — отпарировала я, с удовлетворением заметив, что он вздрогнул, но тут же взял себя в руки:
— Это было исключение. Вы согласны с моим условием?
— У меня есть выбор?
— Либо согласится, либо, — он кивнул в сторону шкафа, — уйти.
Я внимательно посмотрела на него, затем на дверь. С деревянной панели на меня смотрела змея, кусающая себя за хвост. Мозаика была выложена так, что змея казалось живой, были видны малейшие чешуйки на ее теле, блеск немигающих глаз, маленькие точки-ноздри. Испытывая отвращение к змеям, я отвернулась к окнам, за которыми лежал новый для меня мир, полный красок и приключений, будоражащих кровь. Мир, где я была почти свободна от удушливой и чрезмерной опеки. Я встала, прошлась по комнате, затем
