Принцесса по приказу

разрослись на берегах, образуя надежные завесы от чужих глаз.
Несколько минут я просто стояла, наслаждаясь тишиной и прохладой, затем, найдя достаточно укромное место, где кусты подходили к воде почти вплотную, начала раздеваться. Шнуровку решила не развязывать, лишь ослабила так, чтобы платье можно было снять через голову.
Скинув пыльную, пропахшую потом одежду, я скользнула в воду. Она была восхитительно прохладной, именно такой, чтобы разгоряченное тело остыло, но при этом не перехватывало дыхание. Окунувшись с головой, я сделала несколько гребков и перевернулась на спину, чувствуя, что вновь наполняюсь силами.
Мерный плеск реки успокаивал, приятный холод разливался по телу. Деревья склоняли свои кроны к воде, даря эфемерное ощущение защиты от остального мира. Было так хорошо лежать здесь, ни о чем не думая.
Поддавшись порыву, я закрыла глаза, отдаваясь на волю течения. Оно подхватило меня, неся куда-то, все звуки стали очень тягучими, словно приходили из другого мира. Открыв глаза, я вдруг поняла, что меня снесло на середину реки и я достаточно далеко от того места, где раздевалась.
Опасаясь, что кто-то может подсмотреть за мной, я медленно перевернулась, и встретилась взглядом с Роем. Он стоял на берегу в одних коротких штанах и, скрестив руки на груди, пристально смотрел на меня.
Лицо графа, как всегда, было бесстрастно, и я не могла понять, о чем он думает. Судя по одежде, он собирался купаться. Заметив, что я наблюдаю за ним, он нахмурился, повернулся и отошел от берега. Можно было подумать, что мне это привиделось, если бы не ветки, все еще покачивающиеся там, куда скрылся мужчина.
Желание нежиться в прохладной воде прошло. Течение все еще сносило меня, и мощными гребками я направилась к своей заводи. Выскользнув на берег, я быстро натянула рубашку и поежилась. Ткань сразу же намокла и неприятно липла к телу. Нечего было и помыслить натянуть сверху платье. Треск веток заставил меня испуганно вздрогнуть.
— Мадонна, — окликнула меня Далия, пробираясь сквозь кусты.
— Я здесь, — отозвалась я, благодаря Бога, что это не граф Алайстер, с которого сталось бы пробраться сюда, чтобы наговорить мне очередных гадостей.
— Мэссэр граф только что распорядился принести вам это, — женщина наконец вышла к берегу и неодобрительно посмотрела на меня, — Неужели вы купались в одной рубашке?
— Нет. Я купалась без нее, — хмуро ответила я, с каким-то мрачным злорадством наблюдая за ужасом на ее лице:
— Но это же… что было бы, если бы кто-то вас увидел!
— Откуда я знаю? — я пожала плечами, некстати вспомнив Роя, стоящего на берегу. Громкий всплеск, разнёсшийся над водой, заставил нас обеих вздрогнуть.
— Вот, держите, — заторопилась она, протягивая мне сверток с одеждой.
Мне показалось, что в ее голосе вновь проскользнуло неодобрение. В отличие от меня, Далия была яростной поборницей приличий.
Я с интересом рассматривала свой новый наряд, состоявший из высоких сапог из мягкой кожи, коротких штанов, вязаных чулок, белоснежной рубашки и куртки. Ко всему этому прилагался очередной жилет-баска, как его называли здесь, нося вместо корсета, чтобы поддерживать грудь.
Всплеск повторился. Кто-то явно последовал моему примеру и решил искупаться. Опасаясь быть замеченной, я поторопилась натянуть на себя штаны и рубашку. Надевая чулки, я вдруг задумалась, все ли мужчины в этом мире носят такое. Впрочем, для них это, скорее всего, было так же обыденно, как для нас — носки. Зашнуровав жилет спереди, я натянула сапоги и накинула на плечи куртку.
Уже поднимаясь к лагерю, мы столкнулись с Роем. Судя по его мокрым волосам, именно его мы слышали, пока я переодевалась. Я напряглась, ожидая подвоха, но он лишь безразлично скользнул по мне взглядом, вежливо кивнул и зашагал вперед как ни в чем не бывало.
В роще мы пробыли до захода солнца, после чего, оседлав лошадей, вновь выехали на дорогу. На этот раз граф предпочел ехать рядом со мной. Меня слегка смущало такое соседство, вдобавок приходилось следить, чтобы лошади не куснули друг друга. Вороной постоянно закладывал уши и щелкал зубами, жеребец Роя то и дело порывался встать на дыбы, чтобы проучить нахала, не признавшего его превосходства.
И если мой спутник справлялся без видимых усилий, то мне приходилось попотеть в буквальном смысле этого слова. Не спасало даже то, что к вечеру стало значительно прохладнее: от нагретой солнцем потрескавшейся земли все еще исходили волны тепла. Наконец мой вороной смирился и зашагал ровнее. Я слегка расслабилась и бросила быстрый взгляд на графа. Он с интересом наблюдал за моими действиями.
Это не прибавило мне настроения.
— Это