Каждая девочка мечтает стать принцессой. Кроме, пожалуй меня. А что делать? Я выросла и служу в госбезопасности, правда в финансовом отделе, но это ничего не меняет. Как только высшему руководству понадобилось оплатить старые долги перед другим государством, меня отозвали из отпуска, показали иные миры и приказали заменить пропавшую принцессу. Вот и пришлось против желания отправится в загадочную Лагомбардию, и рисковать своей жизнью. Южное солнце, зеленые холмы, древние храмы и магия — все это завораживает. А граф Алайстер, хоть и заносчив, но почему при виде него у меня замирает сердце?
Авторы: Екатерина Каблукова
можно будет поговорить. Как назло, вокруг все время кружили девушки.
— Мадонна грустит? — я и не заметила, как Бононвенунто перестал рисовать и подошел ко мне, — Могу ли узнать, что стало причиной для этого?
Я задумалась, еще раз все взвешивая. Алайстер доверял своему протеже, но доверяла ли я им двоим?
— Я беспокоюсь о своем будущем, Боно, — так ничего и не решив, осторожно начала я, вставая и отходя вглубь сада, чтобы наш разговор не могли услышать, — что ждет бедную принцессу в Лагомбардии?
— Почет и уважение, мадонна.
— Почет и уважение… но ведь до границы еще надо доехать, верно?
— Верно, — протянул художник, пристально смотря мне в глаза, я на секунду прикрыла их, делая знак, что он все правильно понял, — Но, полагаю, граф Алайстер может гарантировать вашу безопасность.
— Только по ту сторону границы, мой дорогой друг. Здесь он для многих — весьма неугодная личность, не более, — я сорвала какой-то цветок и начала меланхолично обрывать лепестки. Настала очередь Боно пристально смотреть на меня.
— Мне кажется, мадонна, все ваши страхи надуманы! Каждая девушка волнуется перед собственной свадьбой, вот и вы… — наконец сказал он, галантно протянул мне руку, чтобы я оперлась на нее, довел до скамьи и вновь вернулся к портрету. Вскоре солнце скрылось за башнями замка, после чего художник извинился и предложил продолжить на следующий день. Я кивнула и поднялась переодеться к ужину.
Ужин проходил все в том же зале. Только на этот раз рядом с принцем сидел казначей. Место Джованио оставалось пустым. Во время ужина я ковыряла в тарелке, очень внимательно рассматривая каждого, сидевшего за столом. Внезапно я услышала те самые знакомые интонации, все утро не выходившие из головы.
Я вздрогнула и подняла голову: Козимо что-то вполголоса говорил своему казначею. Заметив мой пристальный взгляд, он слегка нахмурился, я поспешно опустила глаза, стараясь не выдать себя. Сердце отчаянно колотилось. Все-таки я была права: принц, не желая оставаться побежденным, вступил в заговор с целью сохранить приданое сестры и разрушить союз двух государств.
Заметив мой взгляд. Козимо слегка нахмурился, затем спросил что-то. Я ответила невпопад, тут же исправилась, под всеобщий смех отговорившись мыслями о женихе, получила в ответ пару сальных шуточек, два совершено неприемлемых для девицы совета и проницательный взгляд принца. Впрочем, он ничего не сказал.
С трудом дождавшись окончания ужина, я сослалась на усталость и поспешила спрятаться в спальне. В голове гудело. Мне казалось, что в спальне неимоверно душно. Двойная игра принца меня напугала. Я посмотрела на панель, скрывавшую потайной ход. А ведь Козимо ничего не стоит пройти по нему, войти в спальню и придушить меня во сне.
Мне действительно стало страшно. Воображение разыгралось. Малейший шорох пугал и заставлял подскакивать на кровати вновь и вновь. Не выдержав, я встала и начала двигать кресло, стоявшее в углу к стене, где по моей памяти был потайной ход. Мне казалось, что грохот стоял неимоверный, но никто не пришел.
Придвинув мебель к стене, я вновь легла на кровать, затем вскочила, подхватила одеяло и подушку и вышла на балкон. Там светили звезды. Чужие розовые звезды на темном небе. Громады гор нависали над крышами замка, словно угрожая в один прекрасный день обрушиться камнепадом и раздавить жалких людишек, осмелившихся изуродовать их сестру.
Затем раздался тихий шепот и звуки поцелуев. Я перегнулась через парапет и заметила знакомый берет с разноцветным пером фазана. Не выдержав, я кинула вниз горшок с каким-то вонючим растением. Он разбился. Пара недовольно оторвалась друг от друга и посмотрели на балкон.
Боневенунто действительно не терял ни минуты. Он крепко обнимал Бьянку, платье которой было спущено до талии. Даже в темноте я прекрасно видела белизну ее груди. Смутившись, я пробормотала извинения и под гортанный смех любовников вернулась в спальню. Странно, но присутствие людей в саду успокоило меня больше, чем что-либо другое. Я завернулась в одеяло, легла удобнее и вскоре заснула, уже не обращая внимание на тихие стоны за окном.
Следующее утро началось с примерки платья. Умывшись и надев очередную белоснежную рубашку, я с интересом смотрела, как служанки заносят платье, предназначавшееся для свадьбы принцессы в главном храме Лагомбардии.
Оно было розовым. Богато расшитое серебром и жемчугом, с кружевными вставками из серебряной парчи, рукава оторочены мехом горностая. Рубашка под него была свободной, а само платье — на шнуровках с боков, так что даже если у нас с настоящей принцессой были различия в фигуре, они остались незамеченными. Одев меня, служанки отступили,
