Принцесса по приказу

вы сядете или так и будете стоять истуканом?
Я медленно присела на самый край кровати. Не рассчитала. Рама была достаточно легкой, и кровать опасно накренилась, я бы упала, если бы в самый последний момент граф не подхватил меня, резким рывком ставя на ноги. Ужин разлетелся по шатру, но я не заметила этого.
Лицо Роя было слишком близко. Я видела, как раздуваются его ноздри, чувствовала, как подрагивают руки, сжимавшие мои плечи. Серые глаза стремительно темнели. Пробормотав какое-то ругательство, Рой вдруг резко буквально вжал меня в себя, лишая возможности сопротивляться и яростно поцеловал. Это было сродни наваждению.
Я даже не пыталась отстраниться, лишь высвободила руки, чтобы обнять его за шею. Его руки скользили по спине, спускаясь все ниже. Дрожащими руками я с трудом расстегнула его дублет, он на секунду отстранился, чтобы скинуть его, и вновь притянул меня к себе, затем, все еще целуя, провел к кровати и бережно опустил, сам становясь рядом на колени.
— Лиза, — тихо прошептал он, вопросительно заглядывая мне в глаза. Я посмотрела на него, вдруг понимая, что мне неважно, сколько у него было женщин, и стану ли я одной из них, будет ли это всего одна ночь, или же еще… Он смотрел на меня, ожидая позволения, пока еще готовый прекратить, но я не хотела останавливаться, поэтому я лишь притянула его к себе, вновь целуя — на этот раз уже сама. Его руки заскользили по моему телу, пробираясь под рубашку. Едва касаясь кожи, они устремились вверх, к моей груди. Я со стоном откинула голову, подставляя шею под его поцелуи.
Кровь громко стучала в голове, и я не сразу поняла, что звон оружия, крики и ржание лошадей не имеют отношение к моему состоянию. Рой вскочил и хищно сузил глаза. Прислушался, затем протянул руку, помогая встать, а вернее, просто сдергивая с кровати.
Боно ворвался в шатер с обнаженной шпагой.
— Мэссэр, шатер принцессы… — он осекся, с изумлением смотря на меня: растрепанную, с припухшими губами и все еще блестящими от страсти глазами. Я встала и поправила рубашку, сползшую с плеча. Кажется, Рой порвал ворот.
— Что с шатром? — поторопил его Рой. Художник вздрогнул и слегка нахмурился:
— Шатер? А, шатер принцессы… в общем-то, ничего, его просто нет.
Граф побледнел.
— Далия? — сдавленно спросил он. Боно криво улыбнулся:
— Она как раз вышла и не пострадала.
— Как это случилось? — голос графа не предвещал ничего хорошего.
— Это… это были люди из тех, кого снарядил в охрану принц Риччионе.
— Вот как? — Рой быстро взглянул на художника, — останься здесь. Головой отвечаешь!
Откинув полог, он стремительно вышел. Боневенунто старательно не смотрел на меня. Я тоже старательно рассматривала землю под ногами. Молчание становилось просто невыносимым.
— Что там произошло? — не выдержала я. Художник пожал плечами:
— Двое стражников из отряда принцп Риччионе, с помощью магического амулета уничтожили шатер. В котором находилась… как я понимаю, находилась иллюзия.
— Да, — тихо прошептала я, — Слава богу, это была иллюзия.
Мне вновь стало страшно. Стараясь не подать виду, я присела на кровать и, чтобы хоть чем-то занять себя, начала заплетать косу. Затем соорудила себе бутерброд и откусила. За стенами шатра вновь воцарилась тишина. Затем раздался просто нечеловеческий вопль. Я подскочила, вновь выронив еду:
— Что это?
— Ничего, пустяки, — попытался успокоить меня художник. Вопль повторился, на этот раз закончившись криками «пощадите». Я решительно направилась к выходу. Боневенунто перегородил мне путь:
— Мадонна, вам не стоит туда ходить. Поверьте!
— Почему?
Он заколебался. Я протянула руку к пологу, и художник вздохнул:
— Те, кто пытался убить принцессу… их поймали… Мэссэр граф наверняка хочет узнать, кто их подослал.
— И что? — я изумленно посмотрела на него, затем ахнула, — Он их…
— Да, — вздохнул Боно, — Мне повезло, что мэссэр попросил присмотреть за вами. Пытки — не самое приятное зрелище. Особенно когда используют раскаленное железо. Один запах…
— Прекрати! — потребовала я, чувствуя, что меня начинает мутить от его рассказов. Художник пожал плечами, но послушался. Я с отвращением посмотрела на мясо со слегка обуглившейся корочкой и розоватой серединкой, все еще лежавшее на тарелке. Чуть не стошнило. Я спешно глотнула воды, надеясь, что это поможет. Крики не прекращались.
— Это просто невыносимо! — я прошлась по шатру. Любая другая на моем месте должна была выскочить из шатра и устроить истерику. Но я слишком хорошо понимала, что это бесполезно. Рой все равно сделает все так, как считает нужным. А если вспомнить, в каком состоянии