Принцип карате

вокруг, но, влекомый испуганным блеянием, все же решится войти, начнет в поисках прохода протискиваться между частоколами и, сделав круг, мордой закроет дверцу, запирая себя в кольцевой клетке. Потом он будет в ярости бегать по кругу, обдирая бока и оставляя клочья шерсти на бревнах, а когда поймет, что не может добраться до козы и выйти наружу, станет на задние лапы и примется с диким ревом грызть и царапать бревна… В это время охотник должен выбежать из укрытия и через щель между столбами вонзить паранг прямо в сердце зверю… — Папа, а что жук приносит? — вопрос перенес Волошина из влажных джунглей Юго-Восточной Азии в аккуратно заасфальтированный и усаженный цветами городской сквер. — Как «что приносит»? — переспросил он. — Кому приносит? — Ну, что приносит жук — пользу или вред? — Андрюшка был красный и распаренный, будто из бани. — Гм… Да я как-то над этим не задумывался… — Волошин недоуменно развел руками. — Нет, ты скажи, а то я с мальчишками поспорил, — настаивал Андрей, рассматривая его широко раскрытыми глазенками. — Наверное, и пользу и вред, — Волошин попытался найти компромиссное решение. — Нет, ты мне точно скажи, — не отставал сын. — Пользу или вред? Для него все в мире четко делилось на хорошее и плохое, полутонов и неясностей он не признавал. — Не знаю, — сдался Волошин и перешел в контратаку. — А почему ты такой мокрый? — Да это я бегал, — беспечно махнул рукой Андрей и, чтобы избежать неизбежных нравоучений, вприпрыжку удалился. Волошин посмотрел на часы. Он встал со скамейки, и сынишка тут же подбежал, умильно заглядывая в глаза: — А мы еще немножко погуляем? — Нет, малыш, мне на работу. Слово «работа» было для Андрюшки непререкаемым, ибо он на своем небольшом опыте уже успел убедиться: там, где касается работы, просить взрослых о чем-нибудь бесполезно. — А завтра мы пойдем гулять? — Завтра пойдем. — Волошин взял в ладонь маленькую ручку сына, и они направились к дому. После ужина у него оставалось в запасе около часа, но время прошло быстро. Вначале жена давала наставления на завтра: «Будешь утром идти с работы, купи молока, хлеба, сахару. Да и спички заканчиваются…» А потом вразвалку подошел маленький человек со старательно изображенной угрозой на лице и оттопыренными воображаемыми мускулами руками, который грубым «ковбойским» голосом произнес: «Ну вот мы и встретились на узкой дорожке, Билл! Настало время нам рассчитаться!» И в следующую минуту комната превратилась в каменистое дно Большого Каньона, по которому катались в ожесточенной схватке известный на Диком Западе грабитель Одноглазый Билл и бесстрашный шериф Джим Кривое Ухо. Как всегда, в конце рабочего дня улицы были заполнены людьми — кто спешил домой или по каким-то своим делам, кто просто прогуливался. Оживленно сновали машины, сильно пахло отработанными газами. Почти все идущие навстречу девушки были затянуты в плотно облегающие бедра «фирменные» джинсы, и оставалось только удивляться обилию знаменитых штанов — создавалось впечатление, что их производит местный промкомбинат. К вечеру стало прохладно, и Волошин порадовался тому, что надел плащ. До отдела — четыре квартала, пятнадцать минут неспешной ходьбы, и за это время следовало внутренне перестроиться, подготовившись к работе, которую предстояло выполнять. Они заявили о себе шесть дней назад, почти полностью заполнив суточную сводку происшествий за двадцать пятое сентября: «В 21 час 20 минут двое неизвестных совершили разбойное нападение на гр. Егорова Н. Ф, и гр. Обуеву В. П., завладев деньгами в сумме девять рублей пятнадцать копеек, скрылись с места происшествия. Егорову нанесено ножевое ранение в руку, Обуевой — удар камнем по голове. В 21 час 35 минут — нападение на гр. Гриваева В. Д, и гр. Кабуеву А. И. Гриваеву нанесено ножевое ранение левого плечевого сустава, повлекшее ампутацию руки, у Кабуевой поверхностное ранение спины, в трех местах камнем разбита голова. У потерпевших отобран футляр с теннисными ракетками. В 22 часа — нападение на супругов Ковалевых. Виктору Ковалеву нанесено проникающее ранение в спину. У его жены преступники забрали сумочку…» Первое сообщение в райотдел поступило в 22.30 — позвонили из больницы, куда доставили Гриваева и Ковалева. К этому времени преступники уже растворились в миллионном городе, и поиски не принесли никаких результатов. Допросы потерпевших дали немногое. Во всех трех грабежах участвовали двое молодых парней — высокий, в серой нейлоновой куртке, вооруженный ножом, и низкий — в черном плаще и кепке, который орудовал камнем. Их примет никто не запомнил: они появлялись неожиданно — спрыгивали с забора или выскакивали из подворотни — «как две тени», сказала Ковалева и так же быстро исчезали. Сходились в одном: молодые,