Пришелец

Бронштейн, поднимая двухколёсное транспортное средство по лестнице. У меня его вчера чуть не украли.
– Я следить буду!
– Не уследишь! – жёстко ответил Матвей.
– Что на тебя Митя нашло? – обиделся Исидор.
– Вечером поговорим. Иди на работу, не опаздывай.
В квартире Бронштейн занёс велосипед в комнату, и протерев колёса от засохшей грязи, поставил его по центру «верх ногами». Затем полез в чулан, за ключами.
– Кстати, Бронштейн, откуда у тебя велосипедные ключи дома? Или раньше у вас был велик?
– Был, да сплыл лет пять назад.
– А что случилось?
Некоторое время Бронштейн молчал.
– Давняя история, – наконец ответил он. Я, научившись ездить на отцовском велосипеде, возвращался из дома в деревеньку, где мы снимали комнату во время революции – так было безопаснее, у дачников ничего не было, и в захолустном местечке бандиты почти не появлялись. Так вот, еду я на велосипеде, и вдруг бац – налетел на бревно, лежащее поперек дороги. Очки потерял…
– И оказалось, что бревно подложила местная гопота, чтобы ссадить тебя с велосипеда?
– Нет, бревно лежало там случайно, никто на меня тогда не напал. Просто я раздавил задним колесом велосипеда очки, и пришлось ехать вслепую. Ну и свернул не туда. А там – действительно были грабители. Дали мне по голове так, что я сознание потерял, и украли велосипед, часть одежды и ботинки.
– Тебе повезло, что тебя оглушили. Могли и убить, по революционномуто беспределу.
– Угу, – согласился Бронштейн. Я когда в себя пришёл, от того, что меня дёргали за ногу, услышал:
– Жидокто как, готов? Может, добавить для надёжности?
– Готов.
– Я и не рыпался, дождался, когда грабители уйдут, и побежал в одних подштаниках домой.
– А почему гопники тебе нижнее бельё оставили? Трупаки в гражданскую обчищали догола.
Матвей смутился и, выждав немного, признался:
– У меня в бессознательном состоянии мышцы расслабились… Не стали грабители подштаники забирать, побрезговали. А рубаху нательную забрали. Я подштаники в канаве, где чистая вода была, помыл, сырые одел и домой побежал…
Закончив смеяться, Макаров ободрил Бронштейна:
– Вот видишь, прошёл по лезвию ножа. Всё, что не калечит и не убивает, делает нас крепче.

Быстро раскидав велосипед на части, благо что сборка его была отменная и гайки откручивались после не очень сильного нажима на ключ легко, Матвей собрал мелочёвку в пустую бутылку с широким горлом которую спрятал в чулане, а крупные части велосипеда поставил у стены. Затем разбортовал колёса, сняв покрышки и вытащив камеры. Пощупав гладкую резину камер, Макаров удивлённо заметил:
– Смотрика, а камерыто, не чёрные, а белые!
– А что тут такого? – удивился Бронштейн. Самые качественные камеры как раз белые, из бразильского каучука.
– Удивительно просто, в моё время камеры были, как правило, чёрные.
Ниппель на камере оказался, как заметил Макаров, «старого типа» – сам ниппельный механизм представлял из себя фигурную трубочку из латуни, запаянную с одного конца, с двумя отверстиями в трубке около пайки, закрытыми ниппельной резинкой. Колпачки, накручивающиеся на ниппель были на цепочках, закреплённых на расположенных рядом с отверстием соска спицах.
Всё было очень качественно обработано. Никаких заусенцев, острых граней. Подшипники колёс и каретки педального вала были без сепараторов. Фактически это были просто металлические шарики, свободно крутящиеся в подшипниковых пазах, в количестве, достаточном для заполнения кольцевого паза. Втулка задней оси оказалась до боли знакомой Макарову конструкции – «торпедо». Лишь несколько большие размеры отличали её от тех, что стояли на велосипедах времён детства пришельца.
Накачав спущенные во время разборки камеры при помощи насоса, Матвей вложил их в покрышки и также спрятал в чулан.
– Кататься на велосипеде пока не будем. Думаю, что вел в разобранном виде можно будет забрать в Питер, когда ты туда поедешь завоёвывать Олимп столичной науки. Там соберём. По крайней мере, там не будет людей, что гарантированно попытаются спереть его у тебя, – подвёл итог Макаров. И нужно бы противоугонный замок для велосипеда собрать, раз мы к заводскому оборудованию доступ получили.
Пообедав, Матвей направился на велозавод.
– Здравствуй! – немного раздражённым тоном встретил его Семён. Опаздываешь!
– Разве? – удивился Матвей. У нас занятия после шести часов.
– Всё равно, мог бы прийти после обеда, а ты на час опоздал! – не успокаивался секретарь. У ребят затруднения возникли…
Пройдя в цех, Матвей увидел группу рабочих,