Пришелец

в этом городегосударстве, фактически. Кто решает, как будут жить утопийцы.
– И это тоже, но не только. Меня например, раздражает в романе то, что «общество» вмешивается буквально во все стороны жизни гражданина. Даже пару тебе, мужа или жену – назначают.
– Молодец. Тоже характерная особенность ранних утопий. Обычно эту разновидность контроля обосновывают необходимостью осуществлять «евгенику» и оздоравливать общество через рождение здоровых индивидуумов от здоровых родителей.
– Формально, как ты Макаров, говоришь, предложение правильное. В чём же подвох?
– А в том, что жизнь, реальная жизнь, богаче на каверзы, в отличии от выдуманных схем. Вдобавок уже есть исторический опыт, что «вырастает» из «утопийских» догм. Как опыт человечества, так и живого мира планеты Земля.
– Объясни. Не понимаю, что ты имеешь в виду. Или ты говоришь о социобиологии? Социальном дарвинизме, который будет мешать создать подобное общество.
– Вот как раз «социальный дарвинизм», при некоторой изощрённости, можно обойти. Просто общество с реализованными описанными в Утопии принципами, рождает на практике нечто иное, чем надеялись. Впрочем, те, кто понимают суть происходящего, как раз и пользуются энтузиазмом «утопистов» в своих целях.
– Подожди, Макаров. Я так тебя понял, что БЫЛИ попытки построить «Утопию»?!
– Угу. Самая успешная – «Утопия», построенная на территории нынешнего Парагвая отцами… иезуитами! Этот их эксперимент, по созданию «редукций» – в буквальном смысле реализаций идей другого утописта – Томмазо Кампанеллы, который кстати, был монахом и причастен Ордену, оказался, если брать за критерий время существования созданных общин, успешнее СОВЕТСКОГО ПРОЕКТА!!! СССР просуществовал 70 лет, а «парагвайский» «Город Солнца» – 200!!!
– Ох, ничего же себе! Я об этом впервые слышу! Неужели правда, и такое было, и почему о них тогда ничего не известо? Почему большевики этот пример, если его замалчивали буржуи, не приводят? Это же целых двести лет опыта построения общества, кардинально отличного от уже известных! Да Маркс и Энгельс обязаны были подобно Чарльзу Дарвину совершить экспедицию в Южную Америку, для изучения «парагвайского опыта»! Почему же я узнаю о нём от тебя?!
– Действительно, почему? Попытаемся восстановить ход мысли Маркса, который просто НЕ МОГ не знать об этом опыте. Самое первое, что приходит в голову – иезуиты приобрели стараниями раскольниковпротестантов очень мрачную репутацию, и психологически Карл отбрасывал мысли о том, что этот опыт может быть ему хоть чемто ценен. Скорее всего, он считал, что это были поселения чисто религиозного толка, в которых было много клерикального, но ничего – социалистического и тем более коммунистического.
– А второе, что приходит в голову? – спросил Бронштейн.
– Что Маркс и Энгельс в реальности работали на чьито интересы. Когото, кто и оплачивал их существование. Даже если сами Маркс и Энгельс об этом не подозревали.
– Это как?
– Люди, реально стремящиеся к власти на деле, а не на словах, за века «освоения ресурсов общества» выработали множество приёмов, как обращать деятельность противника себе на пользу. Чем фактически занимались классики марксизма? Тем что «поджигали европейский дом». Скорее всего, действительно, лелея мысль создать на руинах старого мира новый, лучший для простых людей. НО! Природа, как ты, Бронштейн, мог уже убедиться, диалектична, точнее – полилектична. То есть одно событие участвует во множестве процессов. Так что в САСШ, к примеру, вполне могли придумать, как использовать марксизм в своих целях.
– Британскую Империю забывать тоже не стоит. САСШ тогда были всего лишь прилежными учениками британцев. Если я тебя правильно понял, подготовившись к «мировому пожару», например, «расколов» рабочий класс у себя, на антагонистические «подклассы» – «рабочую аристократию» и «обычный пролетариат», а также убрав наиболее «дрянные» способы производства в колонии, Британия могла осуществить после «мировой революции» Маркса захват влияния в Европе, – отреагировал Бронштейн.
– Молодец, Митя! Растёшь прямо на глазах! – немного иронично прокомментировал Макаров.
– Что я упустил из виду? – немного обидевшись, спросил Бронштейн.
– Хотя бы то, что почемуто Британия активно мешала деятельности марксистов не только у себя. Впрочем, это объясняется многообразием интересов представителей буржуазии. Выигрывали от «европейского пожара» только немногочисленные группы.
– Вообще, что может получиться при «буквальном» воплощении идей государственного социализма, коими посути и являются ранние утопии, изобразил Олдос Хаксли в своём