Пришлые. Земля

— Но мы делаем успехи, а ресурсы противника на исходе. Не сегодня — завтра враг будет окончательно разбит. — Попробовал возразить генерал бронетанковых войск Карл Тернер.
— Даже если так, то как вы намерены устранить угрозу из космоса? На орбите всё ещё находятся космические корабли пришельцев, три десятка, если не больше, и они в любой момент могут спалить любой город республики, который увидят перед собой. — Кейси переводил взгляд с одного генерала на другого.
— Но у нас есть ядерное оружие. И мы можем применить его. Оно легко достанет цели на орбите. — Возразил генерал, отвечающий за стратегическое оружие массового поражения и ПРО.
— И как много у вас ракет генерал? — Холодно спросил Кейси.
— Осталось в общей сложности двадцать пять стратегических ракет с MIRV и ещё десять с одиночной боеголовкой.
— А что если ни одна из них не долетит до цели? Вы думали о таком исходе? Инопланетчики спокойно сбивают обычные реактивные снаряды. И для более массивных целей у них наверняка найдутся аналогичные контрмеры. Мы впустую израсходуем боезапас и получим симметричный ответ от врага, который может быть гораздо разрушительнее. И «кроты» тоже не дремлют. Если мы всё же обнаружим убежище этого демона, нам к этому моменту просто не чем будет нанести по нему упреждающий ядерный удар.
В штабе снова повисло молчание.
— Смотритель могла бы предложить ответные ходы или хотя бы помочь развернуть сложившуюся обстановку в нашу пользу. — С сожалением констатировал президент.
— Она, насколько нам известно, перешла на сторону русских. Это натуральное предательство! Смотритель тем самым аннулировала кредит доверия… — С жаром принялся декламировать генерал с нашивками Управления Военной Разведки.
— Обстоятельства этого «предательства» так до сих пор и не выяснены. Слишком многое указывает на попытку покушения на жизнь Смотрителя. До оглашения результатов расследования и выяснения всех обстоятельств, я попросил бы не делать скоропалительных выводов. — Строго ответил президент.
— Кроме того, — Помолчав, продолжил он — рано или поздно мы будем вынуждены пойти на тесное сотрудничество с русскими и китайцами. Несмотря на подкрепления с земли, наши ресурсы тоже походят к концу. Если мы не выступим против захватчиков единым фронтом, нас сомнут. Один немаловажный момент, джентльмены: мы точно не знаем, сколько ещё у пришельцев войск в других мирах и сколько они могут бросить на нас. И самое главное: когда.
— Но, господин президент, при всём уважении, мы не можем заключать с русскими никаких договоров. Об этом не может быть и речи! Русские ударят нам в спину в любой момент и… — Снова начал говорить генерал–разведчик.
— Генерал…ээ…
— Фрэнсис Вилмор, сэр.
— Так вот, генерал Вилмор, Вы взяли слово, которое Вам никто не давал — это раз. Ваши суждения предвзяты и лично я не вижу за ними никаких обоснований. Даже теоретических. Это два! Вы не в начальной школе. И Вы не можете не помнить, что это по приказу предыдущего президента, да упокоит бог его грешную душу, мы сами ударили русских ножом в спину. И ещё как. Такое сложно забыть, и ещё сложнее простить. Это три. — Президент выговаривал эти слова таким тоном, что генерал сначала оторопел. А потом окончательно растерялся и смутился так, будто внезапно обнаружил, что стоит посреди заседания в одних трусах.
Некоторые генералы, слушая президента набычились, но промолчали.
— Кроме того, если кто–то запамятовал, Гитлер тоже был уверен в непобедимости своей армии, как и некоторые другие полководцы до него. Конец его истории всем известен. Почему я вспомнил Адольфа Гитлера?.. Посмотрите на протяжённость фронта. Для нас она критически большая, как и в случае с Восточным Фронтом в 1941–м году. Сдерживать фронт на такой его протяжённости крайне сложно при наших возможностях. Но ко всему прочему, наши фронты затягиваются на нашей шее удавкой. — Митчелл Кейси ткнул лучом лазерной указки в экран и поводил по линиям, обозначающим фронты.
— Извините, сэр, — Встал другой генерал — Но я нахожу сравнения с Адольфом Гитлером оскорбительными, сэр! Мой прадед воевал во Вторую мировую войну в западной Германии в составе десантного корпуса…
— Мой прадед тоже воевал во Вторую мировую войну. В Нормандии. — Ответил президент. — Он прошёл через мясорубку пляжа Омаха и остался жив. Но он так же прекрасно понимал, против кого тогда воевали американские войска. Американский десант перемалывал немецкие армии группы G и группы H. Если группа G и сопротивлялась, то плоховато: тыловики и всякая шушера. А группу H можно было раздавить и не заметить: старики, дети и худшие из худших. И то, даже дети смогли организовать сопротивление, из–за которого наша армия