Пришлый. Дилогия

обычно?
   — Слушайте, что-то вы подозрительно много вопросов задаете? — тон официантки стал резче, — если хотите с ним поговорить, идите к нему домой. Не похожи вы на его сослуживца что-то.
   Главное в его деле не привлекать внимание. Получив отпор, Призраку пришлось ретироваться.
   — Как скажете, дорогая. Как скажите, — прошептал он.
   После неудавшегося разговора с официанткой, Призрак быстро расплатился и вышел на улицу. Там он пристроился в тени дерева напротив входа в таверну и стал ждать. Он очень хотел закончить разговор с этой хамоватой женщиной.
   Харчевня закрылась часа через три. Вскоре из нее начали выходить люди — работники заведения. Не заставила себя ждать и официантка. Призрак последовал за уходящей девушкой. Он намерен был проводить ее до самого дома, вот только ей о его намереньях знать было не обязательно.
   Девушка жила в небольшом одноэтажном домике недалеко от парка. Призрак наблюдал, как она зашла в дом, как зажегся свет в одном из окон. После того как свет потух, убийца выждал полчаса и направился к дому. За время своей деятельности он освоил немало умений, помогающих в работе. Одним из основных таких навыков было вскрытие замков. Замок в двери был простой, дверь была открыта через минуту, петли предварительно были смазаны маслом, чтоб не издавать скрипа.
   Тенью прокравшись в сени, Призрак прикрыл дверь и разулся. Снег на ботинках мог оставить не нужные следы, а сапоги могли издавать совсем неуместный шум. В доме было всего три комнаты. Незваный гость осмотрел их все. В одной лежал ребенок лет пяти, одна использовалась под кухню, последняя была закрыта дверью. Повторив процедуру с петлями, убийца приоткрыл дверь и, проскользнув в щель, осторожно закрыв ее обратно, прислушался. В темноте он всегда первым делом прислушивался, а уж потом всматривался в едва видные темные силуэты. В комнате было два человека, их мирное дыхание говорил, что они крепко спят. Призрак снял с пояса кинжал с длинным, но очень узким, больше напоминающем шило, лезвием — рана от такого оружия практически не заметна. Склонившись над кроватью, ассасин быстро и сильно ударил спящего мужчину в сердце. Мужчина охнул, на мгновение напрягся, но тут же бессильно обмяк. Женщина беспокойно заворочалась и открыла глаза. Призрак, не дав ей опомниться, сел на нее сверху, придавил коленями руки и зажал рукой рот. Девушка выпучила глаза, задергалась и попыталась крикнуть, но раздалось только невнятное мычание. Выдернув свое оружие из убитого, Призрак приставил его острие к горлу женщины.
   — Тихо, — прошипел он и для убедительности немного вдавил острие, проколов кожу на шее до крови.
   Женщина перестала дергаться и пытаться крикнуть, только смотрела испуганными, умоляющими глазами в лицо недавнего посетителя таверны, где она работает.
   — А теперь слушай меня, женщина, — тихим голосом проговорил Призрак. — Я сей час уберу руку с твоего рта, и ты будешь честно отвечать на все мои вопросы. Если мне покажется, что ты говоришь слишком громко, или, не дай боги, врешь, я убью тебя и твоего ребенка, что так безмятежно спит в соседней комнате. Ты меня поняла?
   Девушка медленно моргнула широко открытыми, налитыми слезами глазами.
   — Вот и хорошо, вот и договорились, — прошептал убийца, убирая руку ото рта.
   — Что ты сделал с Ульримом? — захлебываясь от слез, спросила заложница.
   — Если ты имеешь в виду человека, что спал с тобой, то он мертв. А если ты еще раз откроешь рот, когда тебя не спросят, то будет мертв и твой ребенок. А тебя я буду пытать.
   Женщина замолчала, только всхлипы прорывались через плотно сомкнутый рот.
   — Вот так, вот и умничка. Теперь, будь добренька, расскажи мне, как тебя зовут, дорогуша?
   — Филиния, — всхлипнула девушка.
   — Молодец, хорошее начало. А теперь ответь, пожалуйста, что тебя связывает с господином Шепом де Нортом? Как часто он бывает в твоей таверне? И только не ври, я лжецов, ох как не люблю.
   — Он приходит в эту таверну каждый шестой день недели. Только вот последние пару месяцев я его не видела. Там он общается со своими осведомителями, они через меня передают ему послания, чтоб их не видели рядом с ним.
   — Значит, говоришь, каждый шестой день в недели?
   — Да, именно.
   — А кроме тебя, милочка, кто-нибудь еще в этой корчме с ним работает?
   — Да, практически все официантки.
   — Ты хорошо себя вела, лапуля, ты молодец. Все закончилось, я ухожу.
   Произнеся последнюю фразу, Призрак, снова заткнул рот девушке и вдавил узкое лезвие ей в ухо, проткнув барабанные перепонки, а затем и мозг несчастной. Затем аккуратно срезал клочок волос с голов убитых, завязал их узелком и положил в мешочек, висящий на поясе.