Пришлый. Дилогия

метательных ножа и оставил их лежать на земле.
   — Теперь мечики свои вытаскивай, только медленно и без резких движений, если не хочешь стать короче на голову! — последовал дальнейший приказ.
   Правый клинок я вытащил довольно быстро, а вот с левым пришлось повозиться — дикая боль мешала завести руку за спину. Но я все же справился — давления острия на горло было неплохим стимулом для этого.
   — Доволен? — проговорил я, закончив.
   — Почти. Теперь поднимайся и снимай жилеточку. Вещичка хорошая, дорогая, мне наверняка пригодится. Не хочется ее еще больше кровушкой замарать.
   Поднялся я с большим трудом, спина ужасно болела, губы успели распухнуть и превратиться в две лепешки.
   — Хорошо, что он не знает, что и штаны мои из кожи ирвингов, а то и их бы заставил снять, — думал я, стягивая жилетку.
   — Молодчинка, — улыбнулся во весь рот бандит, когда я закончил, — хороший мальчик. А теперь ты ответишь на несколько моих вопросиков. А то мне до жути интересненько, кто ты таков есть. Я тут у тебя в котомочке порылся, и мешочек нашел с кучей золотишка. Да такой кучей, что можно целый район в Столице прикупить. Откуда у такой падали как ты столько рыжиков?
   — Меньше знаешь, крепче спишь, — огрызнулся я.
   — Неееправильный ответ, — растягивая слова, проговорил лысый и врезал мне рукояткой меча под дых.
   Не сказать, что я не попытался блокировать этот выпад, но инстинктивно начал движение левой рукой, что привело к невыносимой рези в спине и пропущенному удару.
   — Я бы не волновался если б нашел пару золотых, — вещал он, в то время как я, согнувшись в три погибели, пытался выплюнуть легкие. — Да даже если б десяток обнаружил, не стал бы париться. Пришил бы тебя, да и концы в воду. Тем более что ты дружков моих ухайдокал. Не сказать, что я к ним шибко привязан был, но все равно неприятненько. Но рыжиков в твоем мешке столько, что я и считать-то до стольки не умею. И стремно мне, как бы хозяин этого богатства не начал на меня охоту. Тут я даже порадовался, когда узнал, что Федул не прикончил тебя, ибо пару вопросиков к тебе имеется.
   — А ты не думал, что это мое личное золото? — прохрипел я, откашлявшись.
   — Твое!? — ехидно переспросил лысый. — Рожа небритая, одежонка помятая, волосенки растрепанные. У такого как ты… один золотой — уже богатство невиданное. Скорее ты похож на курьера. Есть, конечно, вариант, что ты его тырснул где-то по глупости. Ну, нам спешить некуда, сейчас мы из тебя всю правду выбьем. Кто бы ты ни был.
   С последними словами разбойник ударил меня в грудь ногой. Развернувшись боком, я блокировал удар правым предплечьем и тут же провел ответную атаку: правой ногой по корпусу. Мой противник легко отвел мою голень левой ладонью, и заехал мне в грудь, а затем сразу под подбородок рукояткой меча, который находился у него в другой руке, при этом он держал оружие обратным хватом, прижав лезвие к предплечью. И вдогонку скотина правел прямой выпад ногой, видимо, чтоб я окончательно понял, кто тут главный. От удара я отлетел на несколько шагов назад и врезался спиной в борт повозки. И только, схватившись за борт, смог удержаться на ногах.
   — Достаточно, или тебя еще поучить? — усмехнулась лысая тварь.
   — Хватит, — прошмакал я опухшими губами, изо рта потекла кровь. Говорить было чертовски больно, скорее всего, скотина сломал мне челюсть.
   — Ну, тогда я жду подробнейшего рассказа. Мне, значится, до жути интересненько, откуда у такого лопушочка как ты, столько ноготочков?
   — От лорда вампира, — еле слышно прошептал я.
   — От кого, не понял? — наклонился ко мне лысый, — ну-ка повтори громче.
   — От лорда вампира! — крикнул я и нанес удар мечом.
   Около борта, присыпанные сеном, которым было покрыто все дно повозки, лежали парные мечи, прихваченные мной из схрона лорда вампира. Одним из них я и нанес удар по лысому бандиту. В связи с моим состоянием, удар вышел недостаточно быстрым. Лысый успел отклонить голову, и черный меч лишь слегка задел его щеку.
   Я не стал останавливаться на достигнутом: затем последовал удар сверху. При этом я с трудом заставил свое левое предплечье отцепиться от борта двуколки. Мой противник без труда парировал этот выпад, подставив свой меч, и перешел в контратаку. Гад видел мое состояние и решил обойтись без изысков в технике. Он наносил простые, но быстрые и сильные удары. И через двадцать секунд я остался без меча и получил сильнейший удар ногой в грудь, а потом рукояткой меча в скулу. Мои ноги подкосились, и я рухнул на землю.
   — Ах ты, падаль! — было последние, что я услышал от своего врага, прежде чем каблук его сапога отправил меня в нокаут.
   Открыв правый глаз (левый от чего-то напрочь отказался открываться, веко будто чем-то