Пришлый. Дилогия

не сиделось в шатре? Тяжело вздохнув, полез обратно на верх.
   Вернулся в разбойничий лагерь расстроенный дальше некуда. Нурп сидел у горящего огня, вместе с ним грелись еще шесть человек в оборванной, грязной одежде: четыре молодые девушки, один парень и мужик среднего возраста.
   — Это кто? — спросил я, присаживаясь рядом.
   — Рабы ихние. В оставшемся шатре было пятеро и одна у Атамана. Где Атаман?
   — Мертв.
   — Как?
   -Дело дрянь, — произнес мастер после моего рассказа.
   — Да уж, хорошего мало, — вздохнул я.
   — Вы-то как тут оказались? — спросил у молчавших все это время пленников.
   — Да, кто как, — шмыгнула носом одна из девиц, — кого одного на тракте подловили, кто с караваном шел.
   — И давно вы тут?
   — Да, кто как, — ответила та же девушка, — я дольше всех. Их вот, — ткнула она пальцем в мужика и молчаливо сидевшую девушку, — только вчера привели. А я атаману нравилась, поэтому и держал. Остальных девиц убивали, как надоедят. В среднем месяц тут они жили: готовили, стирали, да этих зверей ублажали. А как что не по ним, разговор короткий: отволокут в лес, да голову отсекут.
   — Ну, зачем им девушки еще понятно, но мужиков-то к чему они держали? — задал я вопрос.
   — К чему держали, я не знаю, только мужики в плену были до первой облавы, а потом пропадали.
   — Ладно, сегодня вам всем повезло — вы свободны. Можете идти по своим домам.
   — Спасибо, родненький, — заголосили хором девки. — Как же нам тебя благодарить? Чем же отплатить тебе? Ведь и не думали уже домой-то вернуться.
   — Нечего меня благодарить — не за вами шел, — оборвал я поток слов.
   Надо собрать трофеи, но при свидетелях обыскивать трупы как-то неудобно. Правда, неудобно было только мне — Нурп без малейшего смущения стал шарить по карманам ближайших мертвецов.
   — А ты че расселся? — обратился он ко мне, — иди, обыщи тех, что в палатке и сходи к трупу Плешивого. Кто из нас молодой?
   -А вы все лучше отдохните, — обратился мастер уже к бывшим пленникам, — завтра идти далеко.
   Через пару часов мы с мастером собрали в уцелевшей палатке все более-менее ценное: мечи, копья, одежду, а также продукты. Деньги, серебреные изделия и наиболее нормальное оружие оставили себе, остальное утром предложили разобрать бывшим невольникам — утащить с собой весь хлам все равно не получится. Первым к куче трофеев подошел мужик, он подобрал себе подходящий кинжал и меч, на остальное не обратил внимание.
   — Видно, человек знает, с какого конца за меч браться, — прошептал мне на ухо мастер, — из оставшегося хлама выбрал лучшее.
   Потом начал копаться парень, пытаясь выбрать более-менее ценные вещи.
   — А мы что стоим? — вскрикнула бойкая девушка. — А ну хорош слезы лить, бери что есть, хоть домой не с пустыми руками вернетесь.
   Ее поддержали еще две девушки — одна так и осталась сидеть.
   — Видимо из богатой семьи, — поделился своими соображениями Нурп, — крестьянки даже после пережитого думают о доме, о семье, что лишними ноготки не бывают. Вон как за дележку активно принялись.
   Дележка проходила еще часа три, пока я не устал и не крикнул:
   — Через десять минут выходим! Кто останется, из леса будет выбираться сам.
   А еще через пятнадцать минут мы с мастером шли во главе отряда с тюками на спине. Ничего не несла только молчаливая девушка, да у странного мужика только меч блестел в руке. Особых разговоров и криков не было — каждый думал о пережитом. Мы с мастером шли шагах в пяти впереди — это позволяло общаться, и не быть услышанными остальными членами отряда.
   — Не нравится что-то мне этот мужик, — проговорил я мастеру шепотом.
   — А чего тебе в нем не нравится? — удивился мастер, — мужик как мужик.
   — Ты же сам меня наблюдательности учил. Вот и приметил я в этом мужике одну странную вещь, — тут я сделал театральную паузу — люблю, знаете ли, на нервах поиграть.
   — Что за вещь? — не выдержав, спросил Нурп.
   — Шрам у него над правым глазом — вот что за вещь.
   — Думаешь это наш посланец?
   — Думаю да. В совпадения я уже давно не верю. Но проверить все же стоит.
   — И как мы это проверим?
   — Есть у меня одна задумка. Его надо спровоцировать на нападение. Для этого ему необходимо создать все условия. Как выйдем на тракт, нам надо разделиться. Ты пойдешь провожать одну из групп, я же пойду к Ролесту, если он увяжется за мной — это будет сигналом к готовности. Буду ждать ночного нападения — скорее всего, он захочет зарезать меня спящим.
   — Ну, что ж, давай попробуем, — кивнул мастер.
   Дальнейшая дорога до тракта проходила молча.
   — Кто до Ролеста, может пойти со мной, остальным желаю счастливого пути, — произнес я, выйдя на дорогу.
   — Еще