Приступ волшебства

чаем.
— Ты не хочешь с нами дружить, я правильно понимаю?
— Не то чтобы не хочу, а скорее не могу. У меня не получится. Пожалуйста, давайте просто будем соседками с нейтральным отношением. Не надо меня таскать по развлечениям и различным мероприятиям. В толпе, а для меня толпа это все что больше двух-трех человек, мне становится плохо.
— Хорошо. Я поняла тебя. Я объясню девочкам, что ты книжный червь и крайне болезненно реагируешь на любую попытку вытащить тебя из кокона. Только больше не буди нас так неожиданно и громко, хорошо?
— Хорошо, — повторила я. — Утром ко мне твой брат пристал, и я от него убегала. Я бы не стала грохать дверью, если бы не он. А Талита Фанрой меня не отругала, а предложила помощь, если понадобится. Я же пропустила несколько лекций и все такое прочее. Так что он заслужил максимум подзатыльник. Или даже два подзатыльника.
Кари — по документам и в семье Канна — оказалась нормальной понимающей девчонкой, и мне еще вчера стоило объяснить свою позицию. Даже если я расстроила ее своим поведением и характером, то не разозлила и даже не обидела. Я надеялась, что Нари и Сари (меня вдруг сильно заинтересовали их настоящие имена) также спокойно отнесутся, что я не прибилась к их дружной компании.
На душе сразу полегчала, и я перестала беспокоиться о возможных конфликтах в комнате. Зато я начала сомневаться, что мне стоило говорить с Шатрэном насчет моих новых способностях в языкознании. Вероятнее всего именно его знания я случайно скопировала, когда свою кровь, которая входила в состав водных ножен атамэ, смешала с кровью раненого мною клинком в грудь Шатрэна.
После зельеварения у меня в расписании стояло еще несколько непонятных занятий, о которых я сейчас не вспоминала. Прогуливать их я не могла, зато могла во время следующего большого перерыва вместо столовой пойти в библиотеку и попытаться найти там что-нибудь полезное для призыва духов. Я должна была быть стопроцентно уверенной, могу ли снова рассчитывать на знания Дакара или больше нет. Дакар мне нужен был. Он хотя бы примерно знал, чем занимался его дядя, и мог провести в сокровищницу.
По инициативе Кари мы снова обнялись, но в этот раз я не чувствовала себя жертвой. Я была свободна.
— О, кажется, мы опаздываем к Скороварке! — воскликнула Кари и легонько ударила себя по лбу тыльной стороной ладони. — Бежим скорее. Он не любит опозданий. Заставит сидеть в коридоре под дверью, а практику отрабатывать на консультации. Ненавижу его консультации!
Я не стала спрашивать в чем заключалась проблема консультаций Шатрэна. О том, что он угрожает студентам оставить опаздунов за дверью, я уже знала. Более того я однажды слышала его угрозы собственными ушами, когда отсиживалась в нише неподалеку от кабинета зельеварения. Единственное, чего я не понимала вообще никак — почему его прозвали Скороваркой?
Мы с Кари бежали, взявшись за руки, и благодаря ей я не только не потерялась в только-только изучаемом замке, но и прибежала на занятие вовремя. Один раз чуть вещи не выронила, тем не менее толстая общая тетрадь, лекции по термагу и пенал добрались до кабинета зельеварения без потерь.
Мы пришли одними из последних, и я естественно привлекла внимание Шатрэна. Он даже подозвал меня к себе и я вспомнила, что он собирался дать мне тест на проверку знаний, которых у меня вообще-то никогда не было, так что тест проверял исключительно мою интуицию. Вот только какой-то слишком большой тест. Листов не многовато для меня одной?
— Кадеми Рэнвальд, раздайте тестовые листы одногруппникам. Вряд ли им всем понравится, если вы решите тесты за них с переменным успехом. В этом кабинете есть те, кому оценка по зельеварению и алхимии может как открыть дверь в будущее, так и уничтожить ее.
Упс. Значит все эти тесты предлагалось решать всем, а не только мне одной. Тогда все не так плохо. Я оставила себе верхний лист, перевернув его лицом вниз, потому что задания на нем отличались от одинаковых заданий на других листах, а остальные раздала четырем дюжинам студентов. На большее количество народа кабинет просто не был рассчитан.
Расправившись с заданием, я вернулась на свободное место, которое мне так понравилось — оно было ближе всех к лектору, — и перевернула лист с тестом. Я еще раз прочитала задания и уже не была уверена, выучила ли я местный язык магического мира целиком или только частично. Автоматического перевода большинства слов на русский язык не было, и все незнакомые слова я пометила как названия ингредиентов или определения.
Шоу «Интуиция» я провалила. Я поняла это еще до того, как закончились отведенные на решение теста двадцать минут, и Шатрэн жестом руки одновременно поднял все листки в воздух и переправил их к себе