Моя история началась до моего рождения, когда отец задумался, как защитить свою драгоценную шкурку от собственной глупости. И ему не пришло в голову ничего лучше, как зачать меня на стороне. А теперь мне расхлебывать все то, что он натворил. И желательно отправить незадачливого папашку-преступника за решетку до скончания его дней. В этом мне помогут таланты к зельеварению, новые друзья в магическом мире и ректор магической академии, с которым у нас «все очень сложно». Материалы для обложки приобретены на shutterstock.
Авторы: Ксюра Невестина
Теперь мне предстояло бросать в него мячи, а он будет отражать их. За время небольшого перерыва я смогу немного восстановиться.
— Рэнвальд, сильнее бросай! Рэндалл не сахарный! Пропустит мяч, не помрет! — командовал Альтир Шенк, а я ничего поделать не могла. Метание ядра не подходящий для меня спорт, даже если в качестве снаряда был гораздо более легкий и упругий мячик. — Ты что в детстве с другими детьми в мячик не играла?
Да, не играла. Жизнь до знакомства с Мариной Васильевной я помнила слабо, предпочитая забыть то время вовсе. А в последние шесть лет я больше интересовалась дизайнами интерьера и проводила множество времени в интернете и в разъездах по строительным магазинам, выбирая материалы и записывая цены, чтобы упростить работу Марины Васильевны и оставить ей больше времени на отдых.
Попытке к пятой я приноровилась и бросала получше и напарника не подставляла косыми бросками. Как только корзина опустела, мы снова собрали мячи и поменялись местами. Базовый щит мы отрабатывали четыре круга, прежде чем перешли на более сложный уровень — вихревое заклинание. В создании оно было непростым, а в защите от него — чуть-чуть сложнее, нежели совсем без заклинания.
Второй уровень был уже сложнее первого. Я не могла сначала подготовить нужное количество магии для заклинания и только потом использовать его, произнеся формулу. Мне приходилось действовать одновременно: и отмерять нужное количество магии, и плести сеть щита, и напитывать его силой.
— Замедли и отрази, — выкрикнула я, боясь, что могу не успеть. Успела. Крученый магией мяч врезался в щит, но не пробил его буром, а задержался в воздухе, стремительно теряя скорость, и только после этого был отброшен в сторону.
Сотворить этот щит с легкостью я смогла четыре раза. В пятый и шестой раз мне пришлось сделать небольшое усилие, а как я смогла справиться еще четыре раза, я вспомнить не смогла. Под конец меня прошиб пот, и я покачнулась, чуть было не грохнувшись в обморок. Моего состояния никто не заметил, как никогда не замечали те, кто не чувствовал того же в этот же момент времени.
— Превосходно, Рэнвальд! — воскликнул Альтир Шенк. Я старалась пропускать мимо ушей его комментарии другим кадемам, но пропустить свою фамилию никак не могла. — Идеально!
Проблем со вторым заданием не было только у меня из всей группы. Я видела, как крученые мячи, сталкиваясь с щитами, не замедлялись, а наоборот раскручивались еще сильней. И чем больше меня хвалил Шенк, том больше неприязненных и завистливых взглядов других кадемов я ловила на себе. Зачем Шенк хвалил меня? Зачем ставил в пример остальным? Чтобы меня окончательно возненавидели? Пожалуйста, пусть он замолчит!
Смотря куда угодно, но только не на одногруппников, я помогала собирать Каннему мячи в корзину. Затем Альтир Шенк заряжал корзины с шарами, и кадемы повторяли упражнение по кругу, меняясь ролями атакующий-защищающийся. Только наша пара не менялась. Меня освободили от дальнейшей отработки защиты против вихревого заклинания.
— Покажи еще раз, как ты это делаешь? — подошел ко мне с вопросом Каннем, не повышая громкости голоса выше шепота. — Это твое движение пальцами? Что-то вроде этого, да? — Парень повторил за мной практически с идеальной точностью, но прикола в этом движении не догнал.
— С помощью этого движения я контролирую объемы использования своего резерва, — сообщила я страшную-страшную тайну. Судя по неудачам первогодок, успех созданного щита мог зависеть от количества затраченной энергии. Не меньше и не больше необходимого. — Резерв не бесконечен, а защитные чары не единственный предмет в расписании. Нужно сохранить силы на другие задания.
— То есть секрет не в движении, а в контроле потока? — задумался Каннем, разминая руки, а я кивнула. Я тоже устала все время подавать мячи, словно я машинка для отработки удара битой. — Тогда давай попробуем еще раз. Кажется, я понял, что нужно делать.
Встав на исходную позицию, я выбрала мяч, который мне «улыбнулся» и, не дожидаясь команды Шенка, пульнула мяч в Каннема. Он немного замешкался, но мяч не пробил щит, а упал на пол разорванный. Результат вышел неидеальный, но уже больше приближенный к правильному выполнению.
— Вроде я понял, что надо делать, — кивнул Каннем скорее автоматически, нежели действительно собираясь кивнуть. — Давай еще раз! В этот раз у меня точно все получится.
Еще одна попытка была более уверенной и успешной. В этот раз мяч только расплющило, а не разорвало. Другие кадемы, кто слышал наш с Каннемом разговор, попытались повторить, и с переменным успехом у них тоже получалось. Я контролировала поток, как то назвал мои действия Каннем, чтобы сохранить как можно больше
