Моя история началась до моего рождения, когда отец задумался, как защитить свою драгоценную шкурку от собственной глупости. И ему не пришло в голову ничего лучше, как зачать меня на стороне. А теперь мне расхлебывать все то, что он натворил. И желательно отправить незадачливого папашку-преступника за решетку до скончания его дней. В этом мне помогут таланты к зельеварению, новые друзья в магическом мире и ректор магической академии, с которым у нас «все очень сложно». Материалы для обложки приобретены на shutterstock.
Авторы: Ксюра Невестина
подскочила на ноги. Почему из-за хотелки незнакомого мужика я вынуждена подстраиваться под местные обычаи, лелея надежду найти способ вернуться домой? Кто дал ему право распоряжаться моей жизнью и критически портить ее? Даже если он на самом деле мой биологический отец, то он всего лишь донор семени! И не более того!
Как же я устала… Ноги подкашивались, и я еле доползла до дивана и одеялка с подушкой. Приложив ладонь ко лбу, я сделала замечательный вывод, что температуры у меня не было, и без лишних сомнений завалилась спать. Утро вечера мудренее? Пусть будет так! А утром я точно схожу к Шатрэну. На прогулки до лазарета у меня не будет сил, если проснусь утром в похожем состоянии.
Сон сморил меня сразу же, стоило закрыть глаза и постараться ни о чем не думать.
Что за светопреставление разбудило меня утром, я не имела ни малейшего понятия. Меня словно вывернуло наизнанку, я свалилась с дивана и, продрав глаза, увидела горящий текст, парящий в воздухе без фона. Буквы горели, а мои глаза слезились. Я смогла рассмотреть волшебную записку и прочитать ее содержимое только спустя несколько минут. Я удивилась. Сильно. По началу. Потом я вспомнила вчерашние взгляды Наяны, и мне все стало ясно: меня вызывали к коменданту общежития, обвиняя в порче казенного имущества.
Я могла понять мотивы Наяны. Она бесилась, что Каннем не обращал на нее внимание, и всеми силами хотела его внимание заполучить. Даже через мой труп. Можно было понять мотивы Канны: Наяна надоумила ее, что я предала соседок и Канну в том числе, перебежав к Каннему. Я могла понять мотивы Сабрины. Только если она помогала подружкам из подружеской солидарности, не желая разрывать устоявшуюся компашку.
Я только одного не понимала — как эти три идиотки додумались, чтобы настучать на меня комендантше? Мы живем в магическом мире. Мы учимся в магической академии, и не в какой-нибудь шарашке, а в Академии Трех Сил. Почему у них мозгов не хватило додуматься, что я потребую магических доказательств, что вандализмом занималась я, а не они или одна из них? В крайнем случае у меня было к кому обратиться за помощью в решении вопроса. Этот кое-кто на днях был назначен новым ректором Академии Трех Сил.
От нелогичности поступков трех нимф я выпала в осадок. Они с самого утра испоганили мне настроение, а горящие приглашение к комендантше все еще висело в воздухе и раздражало меня. Она еще и про мой атамэ наверняка рассказала. Могу поклясться, что меня попытаются обыскать магическим способом и даже смогут найти не только атамэ, а также мою волшебную иголочку, без которой я никуда. То зацеплюсь обо что-нибудь, то пуговица оторвется.
— Мне нужно что-то, что меня обезвредит в глазах коммендантши… — пробормотала я, заворачиваясь в одеялко и бесплодно пытаясь согреться остатками ночного тепла. — Зеркало, покажи мне комендантшу. Пожалуйста.
— Я лучше тебя саму покажу, — прохрипело зеркало и показало мне полностью разбитую меня, словно я была наркоманом в завязке. — Ты настолько плохо выглядишь, что я бы не стало видеть в тебе хулиганку. Скорее поганку.
Фейс у меня был как с рекламных плакатов наркологической клиники. Белое трупное лицо, фиолетово-черные синяки под глазами, серые скулы. Разберусь с комендантшей и прямой дорогой отправлюсь в лазарет. Лучше там недельку-другую проваляюсь, чем меня преждевременно на кладбище отправят. Я не знаю, какую гадость я подцепила и от кого, но точно знала, что мерзкая болезнь прогрессировала и медленно убивала меня. Не стоило мне отмахиваться и все время переносить поход к лекарю. Я ведь не в своем немагическом мире, а здесь. Мне стоило предположить, что обычным орз простуда не отделается.
— Тогда так пойду, не умываясь, — решила я. — Может быть слезу выдавлю из черствого сердца. Я так заболела, что не было вчера у меня ни сил, ни желания портить казенное имущество. Пусть с этих трех дур компенсацию спрашивает. Я к вандализму никакого отношения не имею и никогда не имела за собой подобного грешка.
Зеркало померкло на мгновение и показало мне другую картинку. Трое нимф-подружек стояли перед столом грузной женщины и всячески жаловались на меня. В середине стояла Наяна и активно жестикулировала, рассказывая о моих выдуманных преступлениях против покоя комендантши, а Канна и Сабрина поддакивали ей, изредка вставляя короткие замечания. К сожалению, зеркало не умело показывать со звуком, но я сама обо всем догадалась. Нет, я не умела читать по губам. Я умела складывать два и два, получая четыре.
За столом сидела грузная обабившаяся женщина в коричневом балахоне вместо платья и недовольно кивала головой. Она хмурилась, вставляла резкие фразочки,
