Признание

радостью от встречи. Он неверяще охнул, втянул ноздрями ее несуществующий запах. Наконец, ощутил сложное плетение, помогающее ей оставаться совершенно невидимой для магического взора, и сильно вздрогнул.
«АЙРА?! Ты что тут делаешь?!!»
«Привет, — виновато шмыгнула носом мышка. — Я соскучилась и решила тебя навестить. Вернее, мы с Кером решили».
«Но как вы… боже! С ума сошли?!!»
Мышка вжалась в черную шерсть, совершенно растворившись на ее фоне, и поспешно юркнула ему на шею, где ласково потерлась носом, окончательно зарылась в густой мех и счастливо замерла.
«Вик…»
Викран машинально прижал ее щекой, чтобы не упала, представил, что ей пришлось вытерпеть, чтобы стать такой маленькой, и мысленно застонал.
«Айра… что же ты творишь?!»
«Я немножко, — шепнула она беззвучно. — Не бойся, никто не заметит — мы новую Сеть сплели. Теперь у меня даже запаха нет: ни своего, ни Кера. Так что никто не учует».
«Тебе спать давно пора!»
«Я и сплю, — призналась мышка. — У себя в комнате. А Керу никто не запрещал гулять по Волчьему Лесу. Поэтому мы подумали и решили, что ничего страшного не будет, если мы чуть-чуть пробежимся».
«Кер?!» — изумленно замер волк.
«Ага. Это он. А я тут лишь краешком. Только чтобы на тебя посмотреть и сказать, что ужасно скучаю».
«Всевышний…» — Викран на мгновение прикрыл глаза, чувствуя, что, вопреки всем обещаниям и твердому решению быть стойким, бессовестно радуется ее хитрости. Что дико рад ее видеть. Еще больше рад прикоснуться к ней снова. И совершенно счастлив от того, что она все-таки нашла способ отыскать его в эту тоскливую ночь.
В груди, как по мановению волшебной палочки, бесследно исчезла пугающая пустота, которая всегда возникала, если ее не было рядом. Невидимое сердце взволнованно заколотилось. Дыхание стало частым, прерывистым. Глаза полыхнули опасными сиреневыми искрами (даром, чтобы были закрыты!). Не в силах отказаться от такого чуда и заставить ее уйти, он ласково потерся щекой о хрупкое мышиное тельце и почувствовал, как губы сами собой расплываются в блаженной улыбке.
«Ох, Айра… что мне с тобой делать?»
«Как что? Любить. Обнимать. Целовать, — хихикнула она, устраиваясь поудобнее. — Я согласная. Честно-честно! Можешь даже строго наказать, если хочешь».
«И накажу, — тихо заурчал волк, с наслаждением вдыхая ее запах. — Вот завтра и накажу. Не забыла, что после обеда у тебя Боевая и Защитная магия?»
Айра хмыкнула.
«Что, замучаешь меня вопросами? Или на практике заставишь показать что-нибудь совсем невообразимое?»
«Я подумаю над этим», — пообещал Викран, все еще сладко жмурясь.
«Я буду очень ждать».
Он не выдержал и тихо, облегченно рассмеялся, когда ее блестящие лукавством глаза бесстрашно уставились в ответ. Хитрая мышка уютно устроилась у него на шее, крепко обхватила лапками, обвила для надежности тонким хвостиком и теперь лишь с нежностью смотрела на его страшноватую морду, на которой вдруг проступило странное выражение.
В этот момент он позабыл обо всем — о лесе, о стае, об азартно борющихся учениках, которые постепенно входили во вкус новой забавы. О взрытой земле, чьи серые комья порой невежливо шлепались прямо у него перед носом. О диком шуме, производимом вспыльчивыми виарами. О грозном шипении, издаваемом разыгравшимися вампами. О Борже. Об Уртосе. Даже о том, что надо бы повернуться и сделать вид, что хотя бы немного интересуется успехами старающихся учеников.
Он бы еще долго так лежал, впитывая всем существом волнующую близость Эиталле. Долго смотрел бы в ее горящие глаза, полные света и тепла. Долго бы наслаждался ее присутствием. И, наверное, никогда не устал бы это делать… но она вдруг встрепенулась, беспокойно пискнула и, подпрыгнув на месте, проворно юркнула куда-то вниз. Скатилась по могучей груди, забралась под тяжелую лапу, подтянула хвост, чтобы не заметили, и на всякий случай предупредила:
«Вик, Борже! Он идет сюда!»
Громадный волк, очнувшись от наваждения, тоже встряхнулся и плавно, словно бы с ленцой, повернул голову, вопросительно взглянув на неторопливо приблизившегося коллегу.
«Викран, с тобой все в порядке? — внушительно спросил Вожак, подойдя вплотную. — Сидишь, как сыч, на парней не смотришь, никого не пинаешь… не похоже на тебя. Что-то случилось?»
«Нет. Я просто задумался».
«О чем, если не секрет?»
Викран на всякий случай накрыл лапой притихшую мышку понадежнее и слабо улыбнулся.
«О многом».
Лер Борже задумчиво оглядел его нарочито расслабленную позу, в которой угадывалось несомненное внутреннее напряжение, беспокойно шевельнувшиеся уши, чуть