Признание

леди в стенах Академии всем нам уже известны. Лер Огэ любезно предоставил необходимые сведения касательно одной из своих учениц, вплоть до слепка ауры и сведений о весьма значительных успехах в учебе. Однако, прежде чем мы коснемся самого главного, мне бы хотелось задать леди несколько вопросов. Если, конечно, вы не возражаете, коллеги.
Совет согласно качнул головами.
— Итак, юная леди, — рыжеволосый повернулся к Айре и поощрительно улыбнулся. — Во-первых, не бойтесь: никто вас не обидит. Во-вторых, обстоятельства вашего появления в Лире и принятия в Академию, а также некоторые иные события, к которым вы имеет непосредственное отношение, требуют вашего присутствия на нашем сегодняшнем собрании. Это не опасно и не страшно. Просто мы должны уточнить несколько важных моментов. Вы согласны?
— Спрашивайте, лер, — спокойно ответила девушка.
— Согласны ли вы принять на это время один из Камней Истины?
— Разумеется.
В глазах лера Шэриана мелькнуло одобрение, когда Айра бестрепетно протянула руку и легонько сжала матово черный камень, появившийся по знаку мага прямо из воздуха. Он был теплым и довольно легким, с гладкими боками, покрытыми затейливой вязью эльфийских рун. Непроницаемо черный. Способный при малейшем признаке лжи ударить неистовой болью. Но она действительно не боялась. К тому же, откуда-то чувствовала, что весь этот Совет не сумеет, как выразился рыжеволосый, ее «обидеть». Сейчас это было попросту невозможно: Сердце здесь, совсем рядом, готовое откликнуться в любой момент. Только руку протяни. А с его силой даже весь Ковен не сумеет ничего сделать. Так что она не боялась. Ничуть. И смотрела подчеркнуто прямо, стараясь не замечать промелькнувшего в глазах эльфов легкого удивления.
— Скажите, леди, — вкрадчиво начал рыжеволосый, — когда вы впервые коснулись своего дара?
— В двенадцать лет.
В комнате на мгновение рухнула неприятная тишина.
Маги, услышав ее ответ, недоуменно оторвались от созерцания пустых стен, а лер Иверо Огэ, сильно вздрогнув, изумленно обернулся. Однако Камень в ее руках оставался все таким же черным, как мгновение назад: Айра сказала правду. Хотя вовсе не ту, которую он не так давно сообщил Совету во всеуслышание.
— Гм, — кашлянул рыжеволосый, быстро покосившись на вытянувшееся лицо директора Академии. — Кажется, наши сведения слегка расходятся… что ж, продолжим. Где это случилось?
— В лесу, — так же спокойно отозвалась Айра, чувствуя на себе прожигающий взгляд огневика. — Это произошло случайно, потому что я сильно испугалась.
— Что же заставило вас испугаться леди? Вы заблудились? Убежали из дома? На вас напал дикий зверь?
— Нет, лер. Меня пытались убить.
В комнате на мгновение снова воцарилась зловещее молчание.
— Вы знаете, кто это был, леди?
— Нет. Они не представились.
— Это были люди?
— Да. Они пришли в наш дом под покровом Тумана. Того самого, про который вы недавно говорили. Моих родителей и младшего брата убили, а мне удалось убежать. Именно тогда я впервые коснулась своего дара.
— Как именно это случилось, леди? Как проявился ваш дар?
— Портал, лер, — ровно ответила девушка. — Тогда я впервые в жизни сотворила портал, по которому попыталась скрыться.
Рыжеволосый заметно нахмурился.
— Почему ваш непосредственный куратор не имеет этих сведений, леди?
— Он не мог этого знать, — вздохнула Айра. — Я сама не знала до последнего времени. Поэтому когда лер Альварис и лер Огэ задавали мне вопросы насчет прошлого, я могла ответить только то, что помнила. А помнила я так мало, что вся моя жизнь укладывалась лишь в несколько последних недель до поступления в Академию.
— Вас лишили памяти, леди? — удивился один из карашэхцев.
— Да, лер. Именно поэтому я приехала в Лир и отправилась на Праздник обретения. Мне хотелось узнать у лера мага, открывающего Арку, можно ли вернуть мою память. Он посоветовал мне войти внутрь. Я вошла. После чего и оказалась в Академии.
Совет озадаченно переглянулся, но в сторону лера Огэ больше не метнулось ни одного неодобрительного взгляда: девушка говорила правду, и Камень Истины это подтвердил — она ввела своих учителей в заблуждение ненамеренно. Соответственно, лер Огэ не виноват в том, что, в свою очередь, ввел в некоторое заблуждение своих коллег.
— Хорошо, — наконец, вернулся к вопросам рыжеволосый. — Ваши слова меня удивили, леди, но ничего предрасудительного я в них не вижу. Хотя вопросов у меня появилось немало. Что с вами происходило с момента ухода из дома до времени поступления в Академию?
Айра снова вздохнула.
— Простите. Я плохо помню, лер.
— А что вы вообще помните из прошлых событий?