Признание

Она быстро покосилась на непроницаемое и подчеркнуто бесстрастное лицо Викрана, а затем так же быстро отвернулась.
— Сейчас этот вопрос потерял свое значение.
— Когда вы прошли Инициацию? — деликатно уточнил все тот же рыжеволосый маг.
— Не помню.
— Что вы сказали?
Айра сжала Камень Истины и твердо повторила:
— Я не помню точного часа, лер. Учитель позволил мне забыть.
— Мастер Викран? — предельно вежливо обратился рыжеволосый к коллеге. Тот, не поменявшись в лице, коротким жестом наложил на ученицу Купол Молчания и бестрепетно посмотрел на Совет. — Кто проводил Инициацию?
— Я.
Лер Виоран, обернувшись, удивленно изогнул бровь и вкрадчиво переспросил:
— Неужели? Вы сами?
— Да.
— Гм, — остроухий маг странно сузил глаза и глухо стукнул изящными пальцами по столешнице. Но Камень Истины по-прежнему молчал, а это значило — правда. Ничего, кроме правды. — Признаться, не ожидал от вас, мастер… такого поступка.
— У меня был прямой приказ от лера Альвариса, — сухо сообщил Викран. — Я не мог его не исполнить.
— Почему? — искренне удивился эльф.
— В тот момент на мне лежало заклятие Подчинения.
— Что-о?! — лер Виоран едва не отшатнулся.
— Да.
— Вы не шутите?!
— Нет.
— Простите? — непонимающе нахмурился сосед лера Огэ, когда в зале наметилось внезапное волнение. — Вы хотите сказать, что лер Альварис наложил на вас чары Подчинения?
— Да. Семь лет назад, — отозвался бывший Охранитель, совершенно спокойно выдержав многочисленные ошеломленно-недоверчивые взгляды.
— И вы позволили?!
— Он сказал, что это — единственный способ сохранить мне жизнь. Поэтому я согласился. Вернее, тогда мне было все равно.
Совет в который раз многозначительно переглянулся: об Эиталле знали все. Как знали и о том, по какой причине один из самых лучших Охранителей был вынужден покинуть Занд. Точнее, по какой причине он стал так настойчиво искать смерти, что его собственное звено трижды вытаскивало своего обезумевшего дриера из объятий лилового игольника. Более того, вопрос о необходимости ментального блока решался здесь же, в этой же самой комнате, и прежний Глава Совета стал первым, кто поддержал эту идею. Он же ее и осуществил с помощью одного из лучших лекарей Ковена. И только благодаря их совместным усилиям потерявшего разум молодого полуэльфа удалось вернуть. Однако о Подчинении, на время сделавшего из него послушного исполнителя, не имеющего собственной воли и не способного оспорить приказ своего хозяина, они не знали: Альварис почему-то забыл об этом упомянуть. И именно это было очень странным.
— Когда истекает ваш срок, мастер? — нахмурился вместе с остальными рыжеволосый маг.
— Уже истек, лер. Заклятие накладывалось на семь лет. Учитель посчитал, что этого хватит.
— Почему вы не сказали мне? — тяжко посмотрел лер Иверо Огэ.
— Лер Альварис запретил.
— О том, что у вас появилась ученица, он также велел не говорить?
— Да.
— По какой причине?
— Я не спрашивал, — бесстрастно отозвался Викран.
Маги на некоторое время глубоко задумались, испытующе посматривая на молодого мастера и его ученицу, которую тот мудро заключил в Купол Молчания. Почему он принял такое решение, никто не уточнял — все и так было ясно. Однако сомнительный поступок погибшего директора не мог не вызывать вопросов.
— Освободите девушку, — попросил лер Войт, когда молчание несколько затянулось. И, как только Айра избавилась от полупрозрачного колпака над головой, негромко кашлянул. — Скажите, леди, как вы относитесь к своему учителю?
Она заметно напряглась, поскольку совсем не ожидала такого вопроса. Но все-таки ответила, осторожно подбирая слова:
— Я его уважаю, лер.
— Вы испытываете к нему неприязнь?
— Сейчас — нет.
Карашэхец чуть улыбнулся.
— Хорошо. А раньше?
— Бывало, — спокойно отозвалась Айра и, предупреждая следующий вопрос, почти сразу добавила: — Мастер Викран бывает очень жестким, лер, поэтому мне было нелегко привыкнуть к его манере ведения занятий. А само обучение вызывало на первых порах много негативных эмоций.
— Что же изменилось теперь?
— Теперь? — девушка на мгновение задумалась, мгновенно ощутив, как вместе с ней насторожился и Викран. — Теперь я понимаю его гораздо лучше, лер. А также знаю, что иногда ему приходится быть жестким, иначе никакой дисциплины и результатов не будет.
— Очень хорошо, — поощрительно кивнул лер Войт. — Ученики должны уважать своих учителей. Но позвольте вас спросить: почему, покинув его, вы направились в сторону Занда? Не домой, не в горы, не к морю, а именно туда? Что привлекло