Признание

вас в этом месте? Что заставило выбрать столь опасный маршрут?
Айра невесело улыбнулась.
— С некоторых пор у меня нет дома, лер. Моя семья была убита. Я долгое время провела далеко от своих прежних знакомых и, скорее всего, их тоже не осталось в живых. Из всех моих друзей самым верным оказался только мертвый архимаг. Из близких — один Кер… куда мне было идти? К тому же, вы сами видели: однажды я уже была в Занде и осталась жива. Поэтому мне показалось, что только там меня никто не тронет.
— Как вы думаете, почему вам удалось уцелеть в тот день в игольнике?
— Не знаю, — честно сказала она. — Марсо считал, что это случилось из-за моего дара. Он полагал, что моя Земля настолько сильна, что показалась игольнику немного родственной. Поэтому он сперва схватил, но потом почувствовал мою магию и отпустил. К тому же, именно в тот день я нашла Кера. Вернее, это он меня нашел, потому что был там и видел, что произошло. Мне кажется, ему стало любопытно, кто я и что я, вот он и спустился взглянуть поближе. Тогда он был совсем маленьким, едва на свет родился, а потом…
Айра глубоко вздохнула.
— Потом он решил, что я могу стать его хозяйкой. И из-за этого, как мне кажется, Занд позволил мне жить.
Рыжеволосый маг аккуратно взял кристалл памяти, дошедший, наконец, до него по очереди, и задумчиво повертел его пальцами.
— Здесь есть эти воспоминания?
— Да, лер. Немного, конечно, но это все, что я точно помню о том дне.
— Вы позволите взглянуть?
— Конечно, лер. Так даже проще, чем рассказывать все с самого начала.
— Благодарю вас, леди, — кивнул он и осторожно коснулся второго слоя воспоминаний.
…Она задыхается от боли и того, что вокруг, как тисками, сдавливают странные зеленые столбы. Перед глазами с бешеной скоростью мелькают мясистые листья. Под ними так же быстро проносятся угрожающе длинные шипы, где на кончиках блестят нехорошие липкие капельки. Растрепавшиеся волосы постоянно цепляются за них, стирают собой выступивший яд, впитывают его и стремительно светлеют. Но не все — на макушке остается пугающе темная полоса, словно ее искупали в свежей крови.
Айра кричит, путаясь в чужих зеленых руках. Куда-то рвется, больше не видя неба. Тихо стонет, когда тесные объятия становятся нестерпимо тугими, и, наконец, бессильно повисает на разом обмякших лианах, после чего сразу несколько шипов оживают и с размаха впиваются в ее ладони…
Какое-то время маг сидел неподвижно, с некоторым трудом разбираясь в сумбурных картинках, которые почти целиком занимала сплошная мешанина листьев и острых шипов. Затем увидел новорожденного метаморфа, спустившегося полюбопытствовать по поводу странного существа, запутавшегося в стеблях игольника. Почти почувствовал, как в тело вонзаются множество тонких игл, внутренне содрогнулся, инстинктивно сжал пальцы в кулаки и с усилием продолжил смотреть.
…Тишина. Пустота. Мерное биение невидимого Сердца… страшной боли больше нет, она уже не тревожит душу, почти исчезла из тела и воспоминаний. Но ощущение пустоты в замершей и холодной груди кажется страшнее, чем сама боль. Она не чувствует тела, не слышит ничего, кроме правильного ритмичного стука. Лежит в чьем-то гигантском нутре, как в колыбели, почти не дышит, но, в то же время, живет и видит странные сны…
Вокруг ни жарко, ни холодно. Не светло, но и полной темнотой это тоже назвать нельзя. Ветра нет. Звуков снаружи почти не слышно. Дневной свет тоже не раздражает своей излишне навязчивостью… не жизнь и не смерть. Не боль и не радость. Не лето, не зима…
И только чьи-то крупные черные глаза, пытливо заглядывающие в самую душу, все еще держат ее на привязи, не дают раствориться в бесконечном покое, заставляют смотреть в упор, тянуться к ним и твердить про себя:
— Айра… меня зовут Айра…
Маг сильно вздрогнул и выронил кристалл из ослабевших пальцев.
— Всевышний… леди, сколько же времени вы там провели?!
— Не помню, — тихо ответила Айра, когда следом за ним в кристалл заглянул весь Совет. — Но зато Занд запомнил меня. Именно поэтому я хотела туда вернуться: мне нужно было знать, почему так произошло.
— Узнали? — испытующе посмотрел лер Виоран.
— Думаю, да.
— Интересный феномен… скажите, леди, почему же тогда вы утверждали, что встретили метаморфа только в Академии? Судя по вашим воспоминаниям, это случилось задолго до вашего поступления!
— Простите, — она виновато покосилась на лера Огэ. — Тогда я этого не помнила. И Кера, разумеется, не узнала. Я подумала: обычный крыс, только крупный очень. А вспомнила лишь после того, как упала на тренировке. Да и то, не сразу. О чем-то я и сейчас не могу рассказать, а что-то до сих пор причиняет