Признание

мышцы. Если это произойдет, ты утонешь и без моей помощи. Все понял?
— Да, — мрачно сплюнул Грэй. — Что тебе надо?
— А ты не понял?
— Хочу от тебя услышать.
— Зачем сообщать очевидное? — пожал плечами Вэйр, и вода вокруг Асграйва сжалась еще чуть-чуть, заставив его болезненно скривиться. — Ты жив только потому, что у меня есть к тебе пара вопросов. Ответишь — возможно, я передумаю насчет тебя. Если нет — не обессудь: я не люблю неоплаченных долгов.
— Что ты хочешь? — внутренне холодея, повторил Асграйв, когда по губам сидящего напротив юноши скользнула недобрая усмешка
— Ничего особенного. Всего лишь хочу знать… зачем ты пытался меня убить?
Грэй невольно дернулся, когда бездонные глаза буквально воткнулись в него, подобно двум синим молниям, попытался отшатнуться, но тщетно — водяные путы держали крепко. А почувствовав желание хозяина, обвились вокруг пленника так плотно, что тот едва не охнул от острой боли в перекрученных ребрах. Проклятье… еще немного, и его просто сомнут! Или раздавят своей массой! Чувствуешь себя тупым гвоздем, по которому осталось шарахнуть молотком для счастья — один удар, и ухнешь с головой! Или же согнешься, как надломленная щепка!
— Итак? Я жду, — напомнил о себе Вэйр, постепенно увеличивая нажим.
— Я… не пытался…
— Ложь, — ровно оборвал он извивающегося от боли пленника, и послушная вода с новой силой сдавила чужое тело. — Учти: у меня мало терпения, и почти все его я уже истратил.
Грэй судорожно выдохнул, чувствуя, как темнеет в глазах, ощутил во рту привкус крови и, поняв, что шутки закончились и его действительно сейчас размажут по стенкам, с трудом прохрипел:
— Это не… хватит! Остановись, я согласен!!
— Говори.
— Это… — Грэй судорожно закашлялся. — Это не я. Мне приказали.
— Кто?
— Я… не могу сказать.
— Плохо, — ровно отозвался Вэйр, неподвижным взором буравя побагровевшее лицо молодого лорда. — Мне казалось, мы сможем найти общий язык. Но раз нет…
— Стой! — вскрикнул Грэй, видя, что чужая рука обрекающе приподнялась. — Я хотел сказать, что мне запретили говорить. То есть, на мне стоит Разрушающее заклятие! Если я назову имя, то сгорю!
— Кто его наложил? Кто-то из преподавателей?
— Да, — скривился Асграйв.
— Я его знаю?
— Да. Конечно.
— Почему он хотел моей смерти?
— Мне не говорили. Просто велели привести к игольнику и сделать так, чтобы ты в него попал. Это выглядело бы, будто ты сам нарушил границу, а игольник всего лишь защищал свою территорию. Никто не виноват.
— А свидетели? — недобро прищурился Вэйр.
— Заклятие памяти, — насупился Грэй.
— То есть, если бы кто-то усомнился насчет причин моего падения, то ему подправили бы память, так? И в таком случае даже Войтек подтвердил бы, что я упал сам?
Асграйв отвел глаза.
— Да.
— Почему же этого не сделали сразу? Почему он все еще помнит? — нахмурился Вэйр. — Почему помнит Сивил и остальные? Если все так, как ты сказал, значит, о них уже должны были позаботиться?
— Я не знаю. Мне не сообщили.
— Хорошо. Что насчет тебя самого? Не боишься, что с тобой поступили бы так же?
— Нет. Смерть учеников не такая уж большая редкость. Особенно, если за ними никто не стоит. Никто бы не удивился. И вряд ли началось бы разбирательство.
— А за тобой, выходит, стоит кто-то важный, раз ты решился?
— Мой отец — Советник короля Лигерии и Главный маг Лира.
Вэйр мрачно усмехнулся.
— И ты считаешь, что его титул тебя защитит… ясно. Оказывается, ты не только трус, но и дурак. Мне только интересно, почему тебе все еще не прочистили мозги? И почему этого до сих пор не сделали с твоими дружками? Особенно тогда, когда выяснилось, что у вас ничего не вышло?
— Я не знаю, — угрюмо повторил Грэй.
— Что будет, если я заставлю тебя назвать имя того мага?
— Я умру. И довольно шумно, так что ты не успеешь сбежать. И в моей смерти наверняка обвинят тебя.
— А если ты хотя бы намекнешь или покажешь на него издалека?
— То умрем мы оба: меня сразу предупредили — если сболтну лишнего, произойдет дестабилизация моего дара.
— Ого! — невольно присвистнул Вэйр. — Что ж твой маг был так неосторожен? Где же широта мысли, изящество интриги, ловкость рук и многоступенчатые подвохи? Не разумнее ли было подавить твою волю и просто заставить сделать то, что надо?
Лорд Асграйв презрительно искривил губы.
— У меня природный Щит против магии разума. На мне почти не работают наведенные чары.
— Так пусть бы нашел себе другого идиота! Зачем ему сдался именно ты? С чего бы такое доверие? Он тебе что, родственник?
— Нет.
— Тогда в чем дело? — вопросительно поднял