Признание

бровь Вэйр. — Зачем такие явные огрехи? На его месте я бы так не рисковал… если бы, конечно, не был уверен в том, что ты будешь молчать до самой смерти. А если даже и проболтаешься, то даже во время взрыва дара не смог бы выкрикнуть мое имя. Или же, если бы был умнее, показался бы… гм… а иллюзии ты распознавать умеешь, друг мой?
Грэй непонимающе моргнул.
— Нет. Особенность Щита не позволяет это делать.
— А много ли учителей знают про эту особенность?
— Все, — внезапно помрачнел и Асграйв. — Начиная с лера Альвариса.
— Прекрасно, — холодно заключил Вэйр. — Иными словами ты — чуть ли не единственный болван на курсе, кого можно обмануть иллюзией. И к кому под любой личиной можно прийти, будучи в полной уверенности, что ты никогда не узнаешь. Особенность Щита… очень умно. Чем же тебя так заинтересовали, что ты тут же согласился помочь от меня избавиться?
У наследника дома Асграйв яростно блеснули глаза.
— Ты убил моего брата!
— Кого? — нахмурился Вэйр.
— Нойра ар Делос. Сына наместника в Зирте и моего сводного брата, который пропал несколько месяцев назад в Аргаире и тело которого было недавно найдено на дне Арги. Это ты его убил.
— Нойр? Да еще и ар Делос? Не знаю такого. Хотя имя где-то я слышал…
— Еще бы ты не слышал! Ты ведь его убил!
Вэйр вдруг свел брови у переносицы. Нойр… Нойр… что-то крутилось такое в голове. Где он мог слышать это имя? Откуда? Когда? И почему оно кажется таким знакомым? Он точно знал, что по своей воле никого не убивал. Тем более, не был знаком с этим человеком. Однако имя откуда-то помнил. Нечетко, словно услышал мельком и почти сразу забыл. Теперь же оно отчетливо царапало слух, заставляя напряженно вспоминать.
А потом он вдруг действительно вспомнил.
— …Вы не посмеете! — звучит срывающийся от ярости голос с другого конца палубы. Кажется, кто-то из молодых рабов не выдержал. — Меня зовут Нойр Овер ар Делос. Мой отец — наместник в Зирте!
— Хоть сам король.
— Вы пожалеете!
— Зег, будь так добр…
Вэйр только вздрогнул, когда над его головой ядовитой змеей мелькнул кончик кнута. Потом донесся звонкий щелчок, отвратительный чавкающий звук, закончившийся испуганным вскриком рабов, а затем изувеченный юнец со стоном рухнул на колени, закрывая руками окровавленное лицо.
— Сын наместника, говоришь? — с насмешкой переспросил Кратт, следя за сжавшимся в комок парнишкой, между пальцами которого потекло что-то вязкое. — Привык к роскоши, да? Что ж, пора отвыкать… теперь у тебя только один глаз, мальчик. И рабу такой роскоши вполне хватит…
Юноша неожиданно замер.
— Твой сводный брат — такой… невысокий, смуглый, черноглазый… у него еще родинка на левой щеке! И он любил носить берет на левую сторону, потому что там у него было подпорчено ухо!
— Да! — выдохнул Грэй Асграйв, бешено раздувая ноздри и остро жалея, что не может даже пошевелиться. — Мне сказали, что это ты его убил! Я видел через Камни Истины! Твоя аура была на его теле!
Вэйр медленно покачал головой.
— Ты ошибаешься: я не убивал твоего брата, хотя и видел, как он умирал. Все, что я мог, это — отомстить за него и убить тех, кто был виновен. И я это сделал.
— Ложь!
— Нет, — внезапно поднялся юноша. — Но я не стану тебя переубеждать. Ты все равно не поверишь. Я сделаю проще, и ты сам все увидишь. Но имей в виду: второго шанса у тебя не будет. Не лезь ко мне больше. Помалкивай насчет нашего разговора. А если вдруг надумаешь проверить мои силы, помни: тело человека больше, чем наполовину, состоит из воды. А с водой я всегда найду способ договориться. Прощай.
Грэй Асграйв успел только зарычать, начав в голос проклинать убийцу своего брата и, судя по всему, своего собственного убийцу, как тут его с невероятной силой потянуло на дно. Что-то уверенно схватило его за лодыжки, властно дернуло, окунув с головой. Затем обвилось вокруг груди ледяным обручем, лишив возможности всплыть на поверхность. Затем сдавило еще сильнее, вынудив выдохнуть жалкие остатки воздуха. В тот же миг в распахнутый в беззвучном крике рот щедро хлынула холодная вода. Вместе с водой — мгновенный калейдоскоп разноцветных картинок. В них — смутно знакомое лицо, искаженное предсмертной судорогой; яростный рев взбешенных волн; громкий треск падающей на палубу мачты и крики… мучительно громкие крики умирающих пиратов, которым вторили едва слышные стоны обездвиженных, лишенных разума невольников, которых одного за другим поглощало море…
Грэй Асграйв судорожно дернулся в последней попытке удержать ускользающее сознание, но почти сразу обмяк и, безвольно раскинув руки, начал плавно опускаться на дно. Его грудь слабо дрогнула, а потом надолго затихла,