Разбойничьи племена закрепились на севере Африки, создали там государство и теперь стремительно приближают крушение своего главного врага — Рима. Не только слабостью прогнившей империи объясняются их успехи, но и помощью со стороны. А точнее, из нашего столетия, где есть силы, которые пытаются изменить прошлое, чтобы достичь абсолютной власти в настоящем.
Авторы: Посняков Андрей
думал раздобыть уже в самые ближайшие дни с помощью старого портового знакомца Марка Сеговия — тот ведь был ему должен по жизни! Так что оставалось лишь нарисовать на ней полосу… и, может быть, как-то изменить лицо? Подвести глаза, или надеть какую-нибудь шапку, или… Впрочем, зачем? Борода и так уже изменила Сашу, вряд ли его узнал сразу бы кто-нибудь из старых знакомых. Да и зачем маскироваться? Ведь ни один из бандитов «Тремелуса» его раньше не видел.
~~~
На следующий день королевский граф явился во дворец наследника, как и положено, рано, сразу после восхода солнца. Манций и Эвдальд уже прохаживались в саду напротив парадного портика, наслаждаясь синим искристым небом и теплым ветром — вестником близкой весны.
Конечно же, оба полюбопытствовали, куда это носило коллегу. Саша отвечал, что ездил по ближним селениям (тут он не лгал) по делам, связанным с королевским судопроизводством (что тоже, можно сказать, было чистой воды правдой).
— Живут же люди! — подмигнув своему приятелю, с оттенком наигранной зависти воскликнул Манций. — Ездят по деревням, наслаждаются сельскими видами. А мы тут гнием в сырых и холодных стенах. Кстати, наш господин думает направить тебя мне в помощь по старым делам о заговоре. Мне удалось отыскать верного человека, который раньше служил заговорщикам, затем предал их, а сейчас, похоже, все про него давно забыли. Чему этот прощелыга и рад — ведет себе достойную и размеренную жизнь, не вполне, правда, законопослушную. Но я его заставил вспомнить кое-что!
— А как на него вышел? — так, от нечего делать, поинтересовался молодой человек.
— Через архив. Представляешь, я думал, при нашем рэксе все архивариусы давно уже разбежались, ан нет! И вовсе даже наоборот.
— Так-так-так!
Выходит, остались архивы: копии допросов, донесений, расписок о сотрудничестве… Интересно! Быть может, удастся выйти на след Ингульфа? Хотя б узнать, где его могила.
— Да ты только глянь на него, дружище Эвдальд! — Манций расхохотался в голос. — Любезнейший Александр, ты, я вижу, уже чуешь запах награды! А она может быть, конечно, в том случае, если мы хоть кого-нибудь выловим из тех, кому тогда удалось уйти, затаиться. Тот человек, с кем я беседовал, сказал, что искать нужно в Гиппоне.
— В Гиппоне?
— Да. Именно ты туда и отправишься, друг мой, в самые ближайшие дни.
Гиппон…
Куда-то ехать, тем более далеко, Александр ну никак не планировал — было сейчас дело поважнее! Однако, зная характер Гуннериха, молодой человек хорошо понимал, что отказаться невозможно.
— Слава Гуннериху! Слава нашему господину! Слава наследнику престола!
Завидев подъезжавшего верхом на белом коне наследника, прогуливавшиеся в саду лизоблюды тут же подняли хвалебный гам, к которому, хочешь не хочешь, вынужден был присоединиться Саша.
— Слава блистательному Гуннериху!
Как всегда, наследник приехал в окружении воинов, скорее всего, из церкви, после заутрени. Спешившись, он поднялся по мраморным ступенькам наверх, обернулся, милостиво кивнув. Завидев Александра, поманил пальцем:
— Манций тебе уже сказал?
— Да, господин. — Молодой человек поклонился с видом образцового служащего.
— Отправляйся сегодня же! Коней и стражу я тебе дам.
— Господин, я бы хотел плыть морем, — выпрямившись, твердо промолвил граф. — Лодку и охранников подберу. Мне кажется, так будет гораздо быстрее. Тем более погода, кажется, наладилась.
— Ну, морем так морем. — Наследник махнул рукой. — В конце концов, это твое дело, как добираться. Тем более у тебя ведь в порту есть хороший знакомый — Марк Сеговий…
Тут Гуннерих соизволил улыбнуться, и вся его свита с готовностью принялась хохотать: ну как же, господин так удачно пошутил!
Впрочем, наследник тут же нахмурился — веселость и жизнерадостность вовсе не были ему присущи. Смех свиты оборвался так же резко, как и начался. Все снова поклонились. Сопровождаемый воинами Гуннерих исчез под гулкими сводами дворца, куда, чуть выждав, потянулись и остальные.
— Манций, друг мой! — Саша ухватил едва не ускользнувшего чиновника за рукав туники. — Надеюсь, ты все же введешь меня в курс дела.
— А что тут вводить-то? Наследник выпишет тебе грамоту, с нею и поплывешь. В Гиппоне отыщешь таверну, называется «Скользкий угорь», спросишь одного человека — то ли его владельца, то ли компаньона, то ли просто прислужника, зовут его Гелевк, Гелевк Умбонец.
Гелевк Умбонец! Знакомое имя. Да и таверна знакомая…
Кстати, в Гиппоне как раз сейчас находился королевский двор Гейзериха, о чем не преминул напомнить Манций, добавив, что правитель устраивает там смотр своему флоту.
