Разбойничьи племена закрепились на севере Африки, создали там государство и теперь стремительно приближают крушение своего главного врага — Рима. Не только слабостью прогнившей империи объясняются их успехи, но и помощью со стороны. А точнее, из нашего столетия, где есть силы, которые пытаются изменить прошлое, чтобы достичь абсолютной власти в настоящем.
Авторы: Посняков Андрей
что этот последний все ж обретет свое счастье и осуществит то, что задумал.
Поминальная тризна плавно перетекла в лихую гулянку. Ходили по кругу чаши, наполненные церковным вином и ягодной брагой. Те, кому не хватило чаш, пили прямо из шлемов, славя своего удачливого вождя.
— Слава Хенгисту! Слава!
— Я бы выставил охранение, — улучив момент, сказал хевдингу Саша. — Рядом город, там могут быть воины, много воинов. Туда отправился староста деревни. И они наверняка уже заметили зарево.
— Странные речи произносишь ты, Александр, — усмехнулся вождь. — Кто же осмелится напасть на нас, да еще ночью?
— Римляне, вождь, подлы и коварны.
— Это ты верно сказал — Хенгист поднялся на ноги твердо, словно и не пил. — Эй, парни! Фредегар, Рутбальд, Эрлефред! Возвращайтесь к селению и наблюдайте за дорогой. Возьмите с собой добрый рог и, если что, трубите тревогу!
Парни, молча поклонившись, ушли: авторитет вождя здесь, похоже, был непререкаем. Как и у всех варваров — до первого серьезного поражения. Тогда уж будет считаться, что удача хевдингу изменила. А что может быть хуже, чем лишиться покровительства богов? Тогда злополучного вождя могли и разрубить на куски и каждый принести в жертву. Вот так.
— Ты что такой хмурый, Оффа? — с громким смехом вдруг спросил Хенгист — А! Понимаю, ты лишился той женщины. Красивой женщины, да… Зато ты обрел брата! Эй, вы, оба… — Вождь махнул рукой сидевшему напротив Саше. — Подойдите-ка! Тебе здорово повезло, Лошадиная Челюсть, — у тебя теперь будет брат! И ты, Александр, обретешь славного родича. Дайте сюда ваши руки да закатайте туники.
Усмехнувшись, Хенгист выхватил из ножен меч с золоченым навершием, взмахнул… Кровавая полоса разрезала предплечье Саши, и точно такая же вмиг возникла у Оффы. Горячие капли крови упали в подставленную чашу с вином.
— Пейте же, братья! — радостно захохотал хевдинг. — И пусть древние боги хранят ваше родство.
Оба выпили: никуда не денешься. Впрочем, новые братья отнюдь не стали друг другу милее.
Однако остальные еще больше обрадовались и пили уже за побратимов. Пили, закусывали награбленной снедью, с рычанием извергали из себя все выпитое и съеденное и снова пили…
До тех пор, пока в ночи тревожно не протрубил рог.
— Это трубит Фредегар! — как ни странно, первым на тревожный зов среагировал Оффа Лошадиная Челюсть.
Он пил, но не пьянел и не орал песни, не веселился. Наоборот, чем больше пил, тем делался мрачнее и угрюмее. Видать, не особо-то по сердцу пришелся ему новый побратим.
Саша испытывал подобные же чувства.
Варвары тут же прекратили пьянку и взялись за оружие. Хенгист приказал потушить костры, послав полдюжины воинов за водой.
— Не стоит их тушить, вождь, — негромко произнес Александр. — Звук рога очень похож на волчий вой и даже на крики ночной птицы. Что, если римляне посчитают, что смогут захватить нас врасплох?
— Да… они могут подумать именно так, — без лишних размышлений согласился хевдинг. — Они же нас презирают: варвары, мол, не способные к организации лагеря пьяницы. Сейчас покажем, какие мы пьяницы! Эй, парни! Ты, ты и ты, Годехар! Затушите пару костров и садитесь петь песни. Да смотрите, орите погромче, с упоением.
Почему Александр помогал сейчас варварам? А черт его знает! Наверное, потому что они отнеслись к нему по-человечески, куда более дружелюбно, чем коварные жители селения. А может быть, Саша все же надеялся на людей молодого вождя, на их помощь в том важном деле, ради которого, собственно, сюда и явился? У этих разбойников были корабли, полдюжины быстрых «драконов» и столько же вместительных, но тихоходных циул.
Кстати, молодой человек уже пытался расспросить сидевших рядом воинов, не случалось ли в море чего-то необычного. Куда там! Пили, орали, а если что и рассказывали — точнее, пытались, — то басни о драконе, который их якобы чуть не сожрал.
Лишние костры погасили, притащив в бочках воды. С дюжину — или чуть более — варваров уселись пировать дальше, примостив у ног мечи и секиры. Остальные же по приказу вождя рассредоточились между скал и тихо, как волки, ждали, поглядывая на тощую
