Разбойничьи племена закрепились на севере Африки, создали там государство и теперь стремительно приближают крушение своего главного врага — Рима. Не только слабостью прогнившей империи объясняются их успехи, но и помощью со стороны. А точнее, из нашего столетия, где есть силы, которые пытаются изменить прошлое, чтобы достичь абсолютной власти в настоящем.
Авторы: Посняков Андрей
— Все правильно! — охотно поддакнул хевдинг. — Нам всем нельзя слишком расслабляться.
На следующий день Гуннерих вызвал их всех! И поручил каждому, наряду с прочими делами, заняться, по мере возможности, новыми заговорщиками — прежние-то были давно казнены.
— Но их дети и прочая родня может захотеть отомстить! — Наследник четко выразил вчерашние мысли своих подчиненных. — Вот взять хотя бы тот недавний случай, когда вы, ротозеи, совсем никого не нашли.
— Мы еще не закончили искать, господин, — негромко напомнил Манций.
Эвдальд ухмыльнулся:
— У нас же есть улика — лук!
— Хм, лук… и что с этого? — Темные глаза гуннериха наливались гневом.
— У тебя были хорошие доспехи, господин, — осторожно произнес Корабельщик. — Но все же их можно было пробить из такого лука.
Наследник вскинул голову:
— Что вы хотите сказать?
— Это боевой лук, — пояснил Манций. — Кто-то просто не смог натянуть тетиву в полную силу.
— Значит, стреляла женщина! — Гуннерих вовсе не был глуп. — Или ребенок. О, это все старые семена заговора. Не до конца выкорчевали ростки, из которых может снова вырасти лес.
— Значит, эти ростки нужно поскорее вырубить, господин. Выжечь!
— Да! Но сначала их надо обнаружить, в чем вы, я смотрю, не слишком преуспели.
— Но, господин…
— Быстрее надо искать. Быстрее! — Гуннерих нехорошо прищурился. — Найдите того, кто в меня стрелял, подвергните пыткам, узнайте, с кем связан… Мне вас учить? За работу. И помните: всех прежних и новых обязанностей с вас никто не снимал.
~~~
Это называлось «получить от начальства втык». Причем в данном случае очень даже за дело. Точнее, за его отсутствие: несостоявшегося убийцу так и не нашли.
— А ведь наследник прав, говоря о женщине или ребенке, — вполголоса рассуждал по пути Манций. — Мы искали мужчину, воина. Значит, надо снова послать людей по тавернам, пусть разыскивают женщину! Ребенок… Хм… Вряд ли.
— Да! — кивнул Александр. — Мне тоже почему-то кажется, что стреляла женщина. И это составит немало трудностей в поисках. Ведь всем известно, что женщины чрезвычайно хитры и коварны. Знаете, с кем следует поговорить в первую очередь? С веселыми девками из лупанариев и харчевен — уж эти-то знают все!
— Поистине, лучше не скажешь! — Манций Зерно даже не скрыл своего восхищения. — Надо обойти все лупанарии и харчевни. Правда, людей у нас не хватает, придется самим.
— Только прежде распределим, чтобы не мешать друг другу.
— Да-да, прямо сейчас, вот придем только…
Они шли туда, куда обычно, — в «Ногу», где их ждали недурное вино, вкусная закуска и приятное общество падших женщин. Ну а как же иначе пережить только что полученный выговор?
~~~
Нельзя сказать, что Маргон и Эльмунд подружились. Парнишка все же держался замкнуто и в разговоры с ушлым помощничком хевдинга не вступал. Может быть, не хотел, а скорее, просто не считал того себе ровней, брезговал. Ну с чего бы благородному воину точить лясы с простолюдином?
Понятие «благородство» зарождалось в королевстве вандалов быстрее, нежели в других «варварских» государствах, наверное, потому, что здесь, в Северной Африке, завоеватели очень четко старались отделять себя от покоренных римлян. Первое, что сделал Гейзерих, захватив власть, это резко повысил налоги для местной знати, а вот варвары почти ничего не платили. «Благородный воин» — это уже и в те времена кое-что значило!
Так что Эльмунд вед себя правильно, разговаривая по душам только с хевдингом. Маргон же поначалу пытался жаловаться:
— Этот наш новый слуга, господин… Может, стоит его наказать? Слишком уж он неуживчивый, злобный. Вчера попросил его сбегать в лавку, он та-ак огрызнулся! Пришлось самому бежать. Хотел дать подзатыльник, так чертов парень чуть было меня не зарезал! Господин Александр, надо обязательно отобрать у него нож.
— Ничего, Маргон, — смеясь, отмахнулся Саша. — Этот парень нам еще пригодится.
— Пригодится? Не думаю.
— К тому же он не раб и вовсе не требует жалованья, служит лишь за миску похлебки — чем плохо?
— Ну, если именно так рассуждать… — Маргон замялся: он-то как раз намеревался попросить прибавки, да вот выбрал не очень удачный момент.
— А насчет наказания — ты, верно, прав, друг мой. Давай-ка пришли этого строптивца сюда!
— Слушаюсь, господин Александр! — Парень, явно обрадованный, вышел, не прикрыв за собой дверь.
Саша посмотрел ему вслед и ухмыльнулся: Маргону грех было жаловаться на жизнь! Да, конечно, как от помощника в делах от него было довольно много проку, но ведь служил-то этот парень вовсе не бесплатно, получая вполне
