Призрак с Кейтер-стрит

я бы чувствовала то же самое, что и Марта Преббл. Может быть, ее отец тоже был викарием… Я никогда раньше об этом не думала.
— И какое же ваше другое чувство? — спросил Питт. — Вы сказали, что у вас противоречивые чувства по отношению к миссис Преббл.
— Конечно, жалость. И, я думаю, некоторое уважение тоже. Вы знаете, она действительно пытается жить так, как учит этот ужасный человек. И даже больше того. Она всегда всех навещает, заботится о больных и одиноких… Мне интересно, насколько сильно она сама верит в то, что говорит о грехе. Или она говорит все это только потому, что должна повторять вслед за мужем?
— Я могу добавить, что она не знает себя. Но это не все, Шарлотта. Почему они вдруг стали так беспокоить вас именно сегодня? Они всегда были такими? Или вы ожидали от них чего-то другого?
Что тревожило Шарлотту? Она хотела рассказать об этом Питту, ей нужно было поделиться с ним.
— Марта говорила о необходимости наказания, даже о том, что если твой глаз соблазняет тебя, вырви его, или отрежь ногу или другие конечности… Это звучало так… так страшно, как будто она была напугана этим. Я даже запаниковала. Она говорила об омовении кровью Христовой и обо всем подобном. И она говорила о Саре, как будто бы в ней сидел дьявол. Я имею в виду не обычную слабость, как у всех нас, но как будто бы она знала что-то. Думаю, именно это расстроило меня — Марта говорила так, будто знает что-то, чего не знаю я.
Питт нахмурился.
— Шарлотта, — медленно начал он, — пожалуйста, не сердитесь на меня, но не знаете ли вы, случайно, о чем-нибудь, что Сара скрывала от вас, о чем она не говорила с вами? Такое было возможно?
Эта мысль обидела Шарлотту, однако она вспомнила, что Сара хотела видеть Марту наедине, что она доверяла Марте. Иногда хочется поговорить с кем-то не из своей семьи…
— Может быть, — призналась она неохотно. — Я так не думаю. Не знаю, какие секреты могла иметь Сара… Но это возможно…
Инспектор встал и подошел вплотную к ней. Шарлотта чувствовала тепло его тела. Ей не хотелось отодвигаться. Если бы приличия позволяли дотронуться до него…
— Это могло быть что-то очень простое, — сказал он мягко. — Что-то, не имевшее особой важности… но, в глазах Марты Преббл и викария, грех нуждается в прощении. И ради бога, не путайте викария с Богом. Господь никоим образом не похож на этого самоуверенного…
Несмотря на свое мрачное состояние, Шарлотта улыбнулась:
— Не смешите меня. Бог — это любовь, а я уверена, что викарий не любил никого в своей жизни. Включая Марту. — Она глубоко вздохнула. — Бедная Марта всегда в состоянии отчаяния, отсюда и ее увлечение работой, и осуждение ею греха. Никем не любима, никого не любит…
Питт слегка дотронулся до ее руки:
— А вы, Шарлотта? Вы все еще любите Доминика?
Она почувствовала, как краска прилила к лицу, и устыдилась того, что это выглядит слишком очевидно.
— Почему вы думаете… что я…
— Я знал. — В его голосе прозвучали болезненные нотки. — Я ведь люблю вас. Как же я мог не знать, что вы любите кого-то еще?
— О!
— Вы не ответили мне. Вы все еще любите его?
— Разве вы не знаете, что я больше не люблю его? Или для вас теперь это не имеет значения? — Шарлотта точно знала, какой будет ответ, но ей было нужно, чтобы он прозвучал.
Питт развернул ее за руку так, чтобы она смотрела ему в лицо.
— Для меня это очень важно, я не хочу быть вторым. — Его голос зазвучал громче.
Очень долго Шарлотта рассматривала его лицо, сначала немного побаиваясь, смущенная его сильными чувствами, а также глубиной и свежестью собственных эмоций. Затем она решилась.
— Вы — не второй. — Шарлотта осторожно потрогала его щеку, сначала очень застенчиво. — Доминик был только сном. Сейчас я проснулась. Вы — первый.
Он взял ее руку и приложил к лицу, к губам:
— И у вас хватит смелости выйти замуж за обычного полицейского, Шарлотта?
— Вы сомневаетесь в моей смелости, мистер Питт? Во всяком случае, вы не можете сомневаться в моем упрямстве.
Он начал улыбаться, и его улыбка становилась все шире и шире, пока не превратилась в заразительный смех.
— Тогда я должен подготовиться к битве с вашим отцом. — Питт снова посерьезнел. — Но я подожду, пока не закончу это дело, и не наступит удобный момент.
— Вы сможете закончить его? — с сомнением спросила Шарлотта.
— Я думаю, что да. Чует мое сердце: ответ очень близок, совсем рядом. Мне привиделось что-то нереальное, о чем мы совсем не думали раньше. Я не могу ухватить суть, но она рядом. Я чувствую, как меня касаются темень и боль…
Шарлотта вздрогнула.
— Будьте осторожны! Он не убивал мужчин до сих пор, но если его собственная жизнь окажется в опасности…