Семья Эллисон живет в респектабельном районе Лондона, где и слыхом не слыхивали о серийных убийцах и жутких преступлениях. И когда на Кейтер-стрит, буквально по соседству с их домом, одна за другой начинают гибнуть молодые девушки, весь квартал приходит в ужас, а вместе с остальными и Шарлотта Эллисон, средняя дочь в семье.
Авторы: Перри Энн
там было много работы, и после этого им еще нужно было найти карету, чтобы доехать до дома. Папа сейчас в своем клубе, и она не могла вспомнить, куда собирался пойти Доминик.
— Ну, что, Мэддок?
— Уже двенадцатый час, мисс Шарлотта, а Лили все еще нет дома. С вашего позволения, я думаю, мы должны связаться с полицией.
— С полицией? Почему? Мы не можем вызывать полицию лишь потому, что наша служанка ушла с неприятным нам мужчиной! Мы станем посмешищем для всех соседей. Папа никогда не простит нам. Даже если она… — Шарлотта искала подходящее слово, — потеряет себя и останется на всю ночь.
Лицо Мэддока напряглось.
— Она не из таких, мисс Шарлотта. Здесь что-то не так.
— Хорошо, тогда, если не из таких, значит, она глупа и безрассудна.
Теперь Шарлотта действительно испугалась. Ей хотелось, чтобы здесь был папа или Доминик. Они бы знали, что делать. Была ли Лили действительно в опасности? Должны ли они обратиться в полицию? Сама мысль о разговоре с полицейским представлялась пугающей. Уважающие себя люди не должны звать полицию. Если она сделает это, будет ли папа сердиться? В ее голове проносились различные варианты: унизительные разговоры соседей, красное от гнева лицо папы — и Лили, лежащая где-то в придорожной канаве…
— Хорошо, может быть, будет лучше, если ты вызовешь их, — сказала Шарлотта очень тихо.
— Да, мэм. Я пойду сам, заприте за мной дверь. И не волнуйтесь, мисс Шарлотта. Вы будете в абсолютной безопасности здесь, вместе с миссис Данфи и Дорой. Просто никого не впускайте в дом.
— Да, Мэддок. Спасибо.
Девушка сидела и ждала. Вдруг комната показалась ей холодной и неуютной. Шарлотта обложилась диванными подушками. Правильно ли она поступила? Не было ли это истерикой — посылать Мэддока за полицией просто потому, что Лили была хуже, чем она должна быть? Папа рассердится. Пойдут разговоры. Мама будет очень расстроена. Это отразится на настроении всего дома.
Шарлотта встала, чтобы позвать Мэддока обратно, но затем поняла, что делать это уже поздно. Она снова села на диван, дрожа всем телом. Внезапно передняя дверь открылась и закрылась. Она замерла.
Затем послышался ясный голос Сары:
— В жизни я так не уставала! Неужели миссис Преббл делает всю эту работу сама?
— Нет, конечно, нет, — устало сказала Кэролайн. — Просто она больна и не смогла пригласить людей, которые обычно ей помогают.
Дверь в комнату, где находилась Шарлотта, открылась.
— Шарлотта, почему ты сидишь, свернувшись калачиком, как маленький ребенок, в полутьме? Ты больна? — Кэролайн быстро подошла к ней.
Шарлотта была так рада видеть ее, что почувствовала покалывание слез в глазах. Это было нелепо, но у нее комок застрял в горле.
— Мама, Лили не вернулась домой. Мэддок пошел вызвать полицию.
Кэролайн застыла на месте.
— Полицию! — выкрикнула Эмили, не веря, а затем ее изумление перешло в гнев. — О чем ты думаешь, Шарлотта? Ты, должно быть, сошла с ума!
— Что скажут соседи? — поддержала ее Сара. — Мы не можем вызывать сюда полицию только потому, что наша служанка с кем-то сбежала! Где Доминик? — Она посмотрела вокруг, словно ожидая, что он может материализоваться.
— Здесь его нет, конечно, — парировала Шарлотта. — Ты думаешь, если бы он был здесь, он пошел бы спать?
— Никогда нельзя оставлять Шарлотту одну, — сказала Эмили. Ее тон был полон гнева.
— А может быть, мама не знала, что Лили собирается выбрать именно сегодняшний вечер, чтобы не вернуться домой… — Шарлотта услышала, как дрожит ее голос. Она представила себе, как Лили лежит на улице. — Она, возможно, мертва, а вы думаете о каких-то глупостях!
Прежде чем кто-то смог что-нибудь ответить, открылась дверь, и в комнату вошел Эдвард.
— В чем дело? — спросил он немедленно. — Кэролайн?
— Шарлотта послала за полицией, потому что Лили убежала, — сердито доложила Сара. — Полагаю, завтра о нас будет говорить вся улица.
Эдвард стоял ошеломленный и требовательно смотрел на дочь:
— Шарлотта?
— Да, папа. — Она не могла смотреть ему в лицо.
— Что должно было произойти, чтобы ты сделала такую глупую вещь?
— Она испугалась чего-то… — начала Кэролайн.
— Замолчи, Кэролайн, — резко оборвал он.
Шарлотта почувствовала, что ее слезы высохли от возмущения. Она смотрела на отца так же сердито, как и он на нее.
— Если вся улица собирается говорить о нас, — четко выговорила она, — я бы предпочла, чтобы эти разговоры были о том, что мы напрасно беспокоились, чем о том, что мы недостаточно позаботились о ней, и она лежит где-то раненая или даже убитая!
— Шарлотта, иди в свою комнату.
Не говоря
