Семья Эллисон живет в респектабельном районе Лондона, где и слыхом не слыхивали о серийных убийцах и жутких преступлениях. И когда на Кейтер-стрит, буквально по соседству с их домом, одна за другой начинают гибнуть молодые девушки, весь квартал приходит в ужас, а вместе с остальными и Шарлотта Эллисон, средняя дочь в семье.
Авторы: Перри Энн
Питт ждал, наблюдая за ее лицом.
— Я вижу, эта мысль нова для вас, но после ее обдумывания она становится не чуждой вам.
Было бессмысленно лгать ему.
— Нет. Я помню, кто что говорил. Миссис Данфи… в ночь, когда Лили… пропала. Она сказала, что Мэддок… любил Лили, что он не одобряет Джека Броди за то, что тот пригласил Лили. Но это могло значить только одно: он боялся потерять хорошую исполнительницу. Требуется много времени, чтобы обучить новую служанку, вы знаете… — Шарлотта не хотела навредить Мэддоку. Она не могла вообразить себе, что Мэддок преследовал девушку и потом сделал это с ней. А может, могла?
— Но Мэддок выходил в тот вечер на улицу? — продолжал спрашивать Питт.
— Ну конечно! Вы же знаете это. Он пошел искать ее, потому что она опаздывала. Любой хороший дворецкий сделал бы то же самое.
— В какое время?
— Я не уверена… Почему бы вам не спросить его? — Шарлотта поняла в тот же самый момент, когда задавала этот вопрос, что это глупо. Если Мэддок был в чем-то виновен… нет, конечно, он не был, но если бы и был, то вряд ли он сказал бы Питту правду об этом. — Извините. — Почему она должна извиняться перед этим полицейским? — Спросите миссис Данфи, — с трудом продолжила Шарлотта. — Мне кажется, было немногим больше десяти, но меня не было на кухне, и я ничего не видела.
— Я уже спрашивал миссис Данфи, — ответил Питт, — но я люблю получать подтверждения из разных источников. К тому же ее память, по ее собственному утверждению, не очень надежна. Она очень расстроена всеми этими событиями.
— А вы думаете, я не расстроена? Потому, что не рыдаю при всех подряд? Намек на то, что я не забочусь так сильно, как должна бы?
— Я вряд ли могу ожидать от вас такой любви к служанке, как от кухарки. — Питт говорил, почти не открывая рта, как будто у него внутри пряталась улыбка. — И я бы предположил, что ваша натура скорее приведет вас к гневу, чем к слезам.
— Вы считаете меня легко раздражимой? — спросила Шарлотта и тут же снова пожалела об этом. Как будто ей небезразлично, что он думает о ней. Конечно, это абсурд.
— Вы скорее не заботитесь о том, чтобы скрывать свои чувства, — рассмеялся Питт. — Не такое уж непривлекательное качество, и не так уж необычно в женщинах, особенно благородного происхождения.
Она залилась румянцем смущения и вскрикнула:
— Вы наглец!
Его широкая улыбка стала еще шире. Он смотрел прямо на нее:
— Если вы не желаете знать, что я о вас думаю, почему же спрашиваете?
Шарлотта не смогла придумать ответ на этот вопрос. Вместо этого она собралась с духом и открыто посмотрела ему в лицо.
— Хорошо, я могу поверить, что Мэддок любил Лили. Но вы же не можете утверждать, что он испытывал такие же чувства к служанке Хилтонов и, что еще менее вероятно, к Хлое Абернази? Поэтому ошибочно предполагать, что он мог убить их всех, тем более если вы приписываете ему мотив любви. Если же нет, тогда вы не имеете мотива вовсе. Я считаю, вам лучше начать все расследование снова — на базе более точных предположений. — Она хотела избавиться от него.
Инспектор не сдвинулся с места.
— Вы были одна дома в то время? — спросил он.
— Если не считать миссис Данфи и Доры. А что?
— Ваши мама и сестры были в церкви. Где были ваш отец и мистер Кордэ?
— Спросите их.
— Вы не знаете?
— Нет, не знаю.
— Но они шли домой вблизи Кейтер-стрит, и даже, возможно, по этой улице?
— Если они видели что-то, я уверена, они бы сказали вам.
— Возможно.
— Конечно, они бы сказали. Почему нет? — Ужасная мысль пришла Шарлотте в голову. — Вы не можете… Вы не можете думать, что один из них…
— Я могу думать обо всем, мисс Эллисон, и ничему не верить — до тех пор, пока нет доказательств. Но я признаю, что нет никакой причины полагать… — Питт оставил фразу незаконченной. — Однако кто-то же сделал это. Я хотел бы еще раз поговорить с Мэддоком… наедине.
Вечером все были дома, даже Эмили. Открытые большие французские окна выходили на газон и на заходящее солнце в саду. Но ароматный вечерний воздух никого не радовал; все были подавлены происходящим.
Почему-то именно Сара подвела итог тому, о чем все они думали.
— Ну, я совершенно не волнуюсь, — она приподняла голову. — Инспектор Питт кажется мне очень порядочным человеком. Вскоре он убедится, что Мэддок совершенно невиновен, как и все мы. Я даже думаю, он решит это завтра.
Шарлотта высказалась, как обычно, даже не подумав:
— Я совсем не доверяю его здравому смыслу. Он не такой, как мы.
— Мы все знаем, что инспектор — человек из другого класса, — поторопилась сказать Сара. — Но он привык иметь дело с преступниками. Он должен знать разницу между абсолютно
