Семья Эллисон живет в респектабельном районе Лондона, где и слыхом не слыхивали о серийных убийцах и жутких преступлениях. И когда на Кейтер-стрит, буквально по соседству с их домом, одна за другой начинают гибнуть молодые девушки, весь квартал приходит в ужас, а вместе с остальными и Шарлотта Эллисон, средняя дочь в семье.
Авторы: Перри Энн
— Не выглядит старым, и вряд ли это настоящий почерк. Я думаю, мы можем предположить, что она получила его незадолго до того, как была убита.
— Это угроза? — Шарлотта подвинулась немного ближе, чтобы самой взглянуть на письмо.
— Трудно рассматривать его как что-то другое. Хотя, конечно, в любом случае это не может быть смертельной угрозой.
Мир, полный страхов, открылся в воображении Шарлотты. Бедная Лили! Кто угрожал ей и почему она не чувствовала, что может обратиться к ним за помощью? Какая невидимая борьба происходила под наглаженной черно-белой формой прислуги в их доме?
— Как вы думаете, что они хотели от нее? — спросила она. — Кто написал письмо? Вы сможете найти их и наказать?
— Они, может быть, не убивали ее.
— Мне неважно! Они напугали ее! Они пытались заставить ее сделать что-то, а она не хотела! Разве это не преступление?
Инспектор смотрел на нее с удивлением. Он понимал ее гнев, негодование, чувство жалости и, возможно, вины, потому что все произошло у нее под носом, а она ничего не заметила.
— Да, это преступление… если только мы сможем доказать его. Но мы не знаем, кто написал письмо и что хотел от нее. А бедняжка мертва и не может написать жалобу.
— Вы собираетесь искать его? — настаивала Шарлотта.
Питт протянул руку, чтобы дотронуться до нее, затем опомнился и отдернул ладонь:
— Мы попытаемся. Но я сомневаюсь, что человек, который написал письмо, ее и убил. Она была удавлена сзади проволокой, точно таким же способом, как Хлоя Абернази и служанка Хилтонов. Взломщик мог угрожать двум служанкам, но он никогда бы не подумал угрожать такой особе, как Хлоя Абернази. — Его глаза открылись шире оттого, что ему пришла новая мысль. — Если только он не принял ее за Лили… Они были одинакового роста, и цвет волос у них совпадал. Возможно, в темноте…
— Почему он угрожал им? Я имею в виду двух служанок.
— Почему? Грабители часто используют служанок, чтобы те посмотрели и потом рассказали им, где находятся ценности в доме. Может быть, она отказалась и… — Он вздохнул. — Но, мне кажется, этот метод используется редко и совсем не обязателен. Грабитель может узнать достаточно много от служанок, которые работают в доме и много болтают.
— Почему она не пришла к нам?
— Вероятно, потому, что это был вовсе не грабитель, а воздыхатель, — ответил Питт. — Что-то, что, как она считала, вам знать необязательно. То, что, она думала, вы не одобрите. Я думаю, мы никогда не узнаем об этом.
— Но вы попытаетесь узнать?
— Да, мы попытаемся. И вы поступили совершенно правильно, принеся письмо сюда. Спасибо.
Шарлотте стало очень неуютно под его взглядом, и она снова осознала обшарпанность комнаты, в которой находилась. Что заставило его стать полицейским? Она поняла, как мало знает о нем. И, как обычно это случалось ранее, ее мысли вылились в слова.
— Вы всегда были полицейским, мистер Питт? — спросила она.
Вопрос удивил инспектора, но тут же в его глазах мелькнула искра удовлетворения, которую в любое другое время она сочла бы оскорбительной.
— Да, с семнадцати лет.
— Почему? Почему вы захотели стать полицейским? Здесь вам приходится иметь дело с таким количеством… — Она не могла найти точных слов для всего того убожества и нищеты, которые себе представляла.
— Я вырос в деревне. Мои родители состояли на службе — мать кухаркой, отец лесничим. — Он скривился, как бы вспомнив о разнице их положений. — Они состояли на службе у знатного богатого человека. У него были дети, один сын — примерно моего возраста. Мне было позволено сидеть в классной комнате во время уроков. Мы играли вместе. Я знал о деревне больше, чем он. У меня были друзья среди охотников, браконьеров и цыган. Все это было захватывающе интересно для сынка из господского дома с множеством сестер и бесконечными уроками. Однажды из поместья были украдены фазаны. Обвинили моего отца. Его судил выездной судья и признал виновным. Отец был сослан в Австралию на десять лет. Естественно, в душе я был уверен, что он не делал этого. Я потратил много времени, чтобы доказать это, но не преуспел. Вот тогда я и решил…
Шарлотта представила себе ребенка, полного заботы и отчаяния, смятенного и мучающегося от несправедливости. Она почувствовала нежность к нему, и это напугало ее. Девушка быстро встала и вздохнула.
— Я поняла. И вы оказались в Лондоне. Как интересно. Спасибо за то, что вы мне рассказали. Сейчас я должна возвращаться домой, а то домашние будут волноваться.
— Вы не должны идти домой одна, — нахмурился он. — Я пошлю с вами сержанта.
— Я думала, что, возможно, вы захотите поговорить с Милли, и взяла ее с собой.
— Я не вижу причин,
