В тайном Братстве черного кинжала шесть воинов, и самый грозный из них носит имя Зетист. Когда-то бывший рабом крови, он до сих пор одержим прошлым. На его теле остались шрамы, в душе — следы страданий и унижений. О мрачных подвигах этого бойца ходит дурная слава; его неутолимая ярость страшна не только людям и лессерам, но даже вампирам, которых он призван защищать. Гнев — единственный друг Зетиста, а внушаемый им ужас — его единственная утеха… пока однажды он не спасает похищенную врагами вампирского рода красавицу Беллу. Впервые на русском новый роман культовой саги, продавшейся миллионными тиражами!
Авторы: Дж. Р. Уорд
глаз не скрылась женская нерешительность.
— Добрый вечер, джентльмены. Куда-то собралась, Лиза?
Смелость вернулась к Лизе вместе с желанием отомстить.
— Туда, куда он захочет, босс.
— Правильный ответ.
Ну хватит , подумал Зейдист.
— Наружу. Сейчас же.
Он толкнул дверь пожарного выхода и проследовал за женщиной в переулок за клубом. Декабрьский ветер продувал свободную куртку, которую он надел, чтобы прикрыть оружие. Но ему было наплевать на холод. Как и Лизе. Несмотря на то, что она была почти обнажена, а ледяные порывы ерошили ей волосы, женщина встала перед ним не дрожа, высоко подняв подбородок.
Теперь она уверяла себя, что готова к нему. Настоящая профессионалка.
— Мы сделаем это здесь, — сказал он, отходя в тень.
Он вытащил из кармана две стодолларовые купюры и протянул их ей. Ее пальцы мгновенно схватили их, и деньги исчезли под кожаной юбкой.
— Как ты хочешь?
Она приблизилась к нему, потянувшись к плечам.
Он развернул ее, прижав к кирпичной стене.
— Я прикасаюсь. Ты — нет.
Тело ее напряглось, едкий запах страха покалывал у него в носу.
— Осторожнее, кретин. Если я вернусь с синяками, он пристрелит тебя как бешеное животное.
— Не волнуйся. Ты вернешься невредимой.
Но она все равно была напугана. А он был потрясающе равнодушен к этой эмоции.
Женский страх был единственной вещью, способной завести его: только так он твердел у него в штанах. Впрочем, в последнее время спусковой крючок не работал, что его вполне устраивало. Он ненавидел движение этой штуковины под молнией, а так как огромное количество женщин до смерти его боялось, он возбуждался гораздо чаще, чем Зеду хотелось. Уж лучше бы этого не происходило вообще. Черт, вероятно, он был единственным мужчиной на земле, мечтающим об импотенции.
— Наклони голову в сторону, — сказал он. — Ухо к плечу.
Она медленно повиновалась, открывая свою шею. Именно поэтому он выбрал ее. Короткие волосы означали, что ему не придется прикасаться к ней, чтобы избавиться от препятствий. Он ненавидел трогать их.
Его жажда возросла, а клыки удлинились, когда он посмотрел на ее горло. Боже, он так долго тянул с этим, что теперь была опасность осушить ее.
— Что ты собираешься делать? — Резко спросила она. — Укусить меня?
— Да.
Он накинулся на нее и удержал на месте, когда она дернулась. Что бы облегчить ей происходящее, он мысленно успокаивал ее, заставлял расслабиться, затуманивал сознание дурманом, который она, несомненно, уже не раз ощущала. Она обмякла, а он жадно пил, чувствуя тошноту от алкоголя, кокаина и антибиотиков в ее крови.
Закончив, он зализал ранки, чтобы ускорить процесс заживления и не дать ей истечь кровью. Потом поднял воротник, чтобы спрятать следы от укусов, очистил ее память от воспоминаний о себе и отослал обратно в клуб.
Оставшись в одиночестве, он привалился к кирпичной стене. Человеческая кровь была такой слабой, что едва ли давала ему все необходимое. Но он не собирался питаться от женщин своего вида. Этого не случиться снова. Никогда.
Он взглянул на небо. Облака, принесшие с собой порывы холодного ветра, исчезли, и над крышами зданий висела россыпь звезд. Судя ней, у него оставалось лишь два часа до рассвета.
Собравшись с силами, он закрыл глаза и дематериализовался в единственное место, где хотел бы находиться.
Слава Богу, у него еще было время, чтобы попасть туда. Чтобы побыть там.
Джон Мэтью застонал и перекатился на спину в своей постели.
Женщина последовала за ним, ее обнаженные груди прижались к его широкой голой груди. Эротично улыбаясь, она потянулась к его животу и нашла тяжелую ноющую плоть. Его голова откинулась назад, он застонал, когда она обхватила эрекцию и опустилась на нее. Он сжал ее колени, и она начала медленно двигаться.
О, да…
Одной рукой она ласкала себя, другой — дразнила его, проводя по своей груди вверх, к шее, захватывая длинные платиновые волосы. Рука поднялась к лицу, потом еще выше — за голову, демонстрируя изящный изгиб костей и плоти. Она выгнулась назад, выставляя груди, тугие кончики которых были похожи на розовые лепестки. Ее кожа была бледной словно свежий снег.
— Воин, — посмеиваясь, произнесла она. — Ты справишься?
Справится? Совершенно точно. И чтобы было ясно, как кто с кем справляется, он взял ее бедра, насаживая на себя, пока она не вскрикнула.
Когда он отпустил ее, она улыбнулась ему, двигаясь все быстрее и быстрее. Она была влажной и узкой — настоящее
