Вчера была невестой, сегодня — вдова. Семья покойного презирает Мирославу, считая охотницей за состоянием, а сын и наследник мужа Вадим стремится получить женщину отца в свою постель. Он ставит жестокие условия, которые Мира не может принять. Его жена, видя нездоровый интерес мужа к молодой красивой вдове, решает избавиться от опасной соперницы. Чтобы та исчезла навсегда, ее можно убить, а можно продать туда, откуда не возвращаются. Да хотя бы в другой мир. Но что за судьба ожидает там Миру? И как на это отреагирует Вадим…
Авторы: Екатерина Руслановна Кариди
томительные волны захлестнули обоих с головой, выпуская на волю яростную первобытную силу. И все-таки, даже когда все мыслимые границы сместились, он был нежным. Да, он был груб и неимоверно силен. И он брал, как может брать изголодавшийся зверь. Но зверь отдавал себя без остатка, зверь дарил любовь. И это было именно то, что нужно.
А может, это ей так казалось?
Но это было блаженством.
А после Вадим баюкал в объятиях женщину, оберегая ее сон, чтобы в него больше не вторгались кошмары, и размышлял о жизни.
Сменить имена и мир, изменить судьбу…
Трудный путь пришлось пройти, чтобы обрести себя и, в конце концов, соединиться. А может быть, дело как раз в том, что судьбу свою им было не изменить? Она бы все равно привела их друг к другу?
Как знать?
Ответа на это вопрос он конечно же не дождался. Уснул, уткнувшись носом в ее волосы. Слишком хорошо было рядом с ней, чтобы надолго отвлечься.
А наутро у них объявились гости.
Негромкий, даже какой-то робкий стук в дверь. Мира от этого проснулась, не совсем еще понимая, что происходит. Рядом, откинувшись назад, и предоставляя в ее распоряжение всю подушку, спал Вадим. Миру мгновенно обожгло смущением от нахлынувших воспоминаний.
Засмотрелась.
Во сне он казался молодым, красивым и беззащитным, а еще несгибаемым, непрошибаемым и беспощадным, как таран. Удивительная двойственность натуры.
Даже сейчас умудрялся демонстрировать свою собственническую сущность. Рука плотно обхватывала ее талию, прижимая к себе. Но и тут берег, подушка была всего одна, чтобы не потревожить ее, ему пришлось изрядно изогнуть шею.
Одно слово — демон. Или тень, как их тут называют. Мира не могла связать его сущность с религиозным понятием. Потому что он не был воплощением зла, правда, и пушистостью и белизной не отличался. Но поступки на которые Вадим оказался способен, говорили сами за себя. Ну а то, что он с крыльями, это так красиво…
Впрочем, что с крыльями, что без, он был хищником. Кем-то вроде льва, который жрет сырое мясо. Бессмысленно винить хищника, в том, что ему надо питаться.
Стук повторился снова.
Встрепенулась, заливаясь краской стыда. Совсем спятила.
Быстро выбралась из постели, аккуратно выскользнув из-под руки. Рука тут же зашевелилась, ища потерянное сокровище. Вадим проснулся.
— Что случилось? — подскочил, усаживаясь на постели.
Услышав стук, проговорил, как припечатал:
— Погоди, я пойду посмотрю, что там.
Мира возражать не стала. Вадим быстро вышел наружу, а к ней в комнату проскользнула Одри. Уставилась с лукавым вопросом. Честно говоря, Мирослава испытывала неловкость, оттого что в ее постели сегодня ночевал мужчина, и все вокруг об этом знают. Глупость конечно, но воспитание, черт его дери… Потому румянец расползся еще ярче.
— Миледи! Ну, скажите уже, все хорошо? — круглые голубые глазки Одри возбужденно блестели.
— Да… — прошептала Мира, кивая внутреннему ощущению счастья. — Да.
— Ой, — затараторила девушка. — А мне Эрвиг сразу сказал, они любят друг друга, значит, так тому и быть. Я за вас ужасно рада, миледи. Ну, странник такой… ой… ну, он такой мужчина… Поздравляю, миледи!
— Спасибо, — положительно, краснеть сегодня и краснеть… — И Одри, зови меня Мира. Я же никакая не королева.
— Может быть, Мира, но у меня на этот счет свое мнение, — Одри подмигнула, показывая необычную крученную нить. — Может быть, все еще впереди? А, миледи?
Рассмеялись обе. Потом Мирослава спросила:
— А кто там приехал?
Одри странно поморщилась и проговорила:
— Пойдемте, миледи, сами увидите.
Спустились в зал, но там никого не оказалось. Мирослава уже опасалась всего, а после слов Одри тревожность просто зашкаливала. Чуть не бегом выскочила во двор. И как-то сразу успокоилась, это Селим вернулся. Нахохленный араб сидел в уголочке у стены, а рядом с ним большой продолговатый ящик. Приглядевшись, поняла — цинковый гроб.
Сжалось сердце. Линевра. Вернулась домой, несчастная погибшая королева…
Потом отвлек шум голосов. Спор доносился откуда-то снаружи, выбежала за ворота замка и с удивлением увидела адвоката Гершина Игоря Наумовича. Вот это было очень неожиданно.
Но еще более неожиданным оказалось то, что они с Вадимом общались как старые друзья, вернее, почти как ученик и наставник. Может, так и было? И они оба, почему-то наседали на Эрвига, который усиленно отмахивался.
Подбежала Одри, встала рядом с Мирой, глядя на мужчин.
А Гершину видимо надоело
