Есть ли в космосе разумная жизнь? Есть. А почему с нами не связывается? А потому что разумная. Откуда у меня собственный звездолет, учитывая, что за окном двадцать первый век, а человечество дальше Луны так и не ушло? Это длинная история, и именно ее сейчас я и рассказываю.
Авторы: Мясоедов Владимир Михайлович
бы в ответ вместо помощника Всевышнего, уроненная им от неожиданности звезда. На поверхность космодрома упала мертвая птичья стая.
Глава 8
Аротив.
Служащий отдела безопасности.
Когда после обеденного перерыва младший лейтенант Аротив пришел на свою работу в космодром то попал в центр урагана, состоящего из перевозбужденных сотрудников. Все бегали по отделу так, словно кто‑то распылил в воздухе наркотик, вызывающий гиперактивность. Главбух жег документы на столе. Сисадмин раскурочивал защищенный от взлома центральный компьютер, стремясь добраться до содержимого. Отдел силовых операций обезлюдел. Директор тихо пил в своем кабинете, не реагируя на слезные мольбы секретарши прекратить гробить свое здоровье и эмигрировать в соседнюю систему.
‑Что происходит? – вопрос пришлось задавать затылку компьютерщика.
‑Вали куда‑нибудь и не отсвечивай. – Зеленщик к нам пришкондыбал вместе с новыми жертвами. Всех построил на раз два три и устроил локальное нарушение законов физики, морали и трудового законодательства. Наорал на медичку, припомнил ей какой‑то недозащищенный курсовик и пообещал выгнать ее к такой‑то матери. Она в слезах и истерике. Это нащу‑то Людиолу, которая с недрогнувшей рукой однажды напавшего на нее маньяка препарировала! Она же в Дальнюю Разведку мечтает попасть и готовиться который год! Потом этот кошмар на пенсии зашел к директору и устроил с ним попойку. О чем его расспрашивали, шеф не помнит, но по открытой на мониторе папке подозревает, что выдал чьи‑то секреты. Вот ученики на этот раз попались тихие. Тихо заперлись на складе конфиската, где еще с прошлого демарша профессора остался нерастаможенный груз двойного назначения и чего‑то оттуда сперли, парализовав наших боевиков как расшалившихся первоклашек. Затем Зеленщик с кем‑то там подрался на космодроме и слинял с планеты, попросив напоследок по связи уничтожить все свидетельства о нарушении им закона по обычной таксе, что сейчас и делаем.
Это говорило о многом. Именем профессора Нихлена, по прозвищу Зеленщик, небезуспешно запугивали все население планеты, имевшие несчастье получить высшее образование по специальностям, связанным с сельским хозяйством уже лет триста. Бессменный и по упорно ходившим слухам бессмертный зубр науки, перешдеший из армии в сферу образования по неясной прихоти души, отличался тяжелым характером, легкой формой склероза, повышенной резвостью и многомиллионным счетом в банке. А еще он был гением, одним из тех, что рождается раз столетие. Его работы за ‘относительно’ короткое время позволили увеличить урожаи сельскохозяйственных культур едва ли не на 20 процентов! Столь крупного ученого можно было с легким сердцем перевести в разряд стратегических преимуществ империи Фекс.
Более половины всех выпускников планетарного института учились у него и самыми легкими эпитетами в адрес преподавателя всегда были слова ‘чокнутый’ и ‘маньяк’. Были случаи, когда он в экспедициях заставлял своих студентов трудиться неделями без горячей пищи и приличных условий проживания, и это считалось нормой. Были случаи отравления, истощения, покусания дикими зверьми и столкновения с местными правительственными, религиозными, мафиозными группировками. Результаты ручной работы студентов нередко экономили кредиты, которые иначе пришлось бы платить за покупку техники. Притчей во языцех был один несчастный, которого Зеленщик поставил на полгода сортировать по размеру семена сельскохозяйственных культур и делать тщательное измерение и описание каждого зернышка для опытов, а потом оптом продал его работу на корм для скота своему другу‑фермеру. Попытки отравления жуткого преподавателя предпринимались регулярно до тех пор, пока однажды на очередном семинаре он не съел пригоршню только что разработанного им препарата, показывая его безопасность для окружающих. Позднее эта жуткая смесь получила второй класс опасности, а организм Нихлена даже не заметил убойную дозу химикатов. Он ругался с планетарной администрацией и даже однажды сломал нос губернатору. Он запугивал представителей закона направо и налево, имея многочисленные связи в верхах. Из нарушенных им законов можно было составить укороченный вариант гражданского административного кодекса, впрочем, некоторые статьи были явно уголовными. От правосудия его спасали не слишком законным путем полученные средства, вырученные от продажи своих открытий в обход существующего законодательства.
