Есть ли в космосе разумная жизнь? Есть. А почему с нами не связывается? А потому что разумная. Откуда у меня собственный звездолет, учитывая, что за окном двадцать первый век, а человечество дальше Луны так и не ушло? Это длинная история, и именно ее сейчас я и рассказываю.
Авторы: Мясоедов Владимир Михайлович
– монстр. Особо опасный, жаль, что не вымирающий. За то время что мы летим на корабле он уже успел меня достать по крайней мере трижды! Первый раз когда попытался занять рубку. Аккуратно взял за воротник и вынес. Второй раз когда старикан пытался занять комнату Аошины. Не успел оглушить его своим ‘безпасным’ шокером, девушка вывела его прочь, уперев дуло лазера в спину первой. Третий раз когда он устроил забег по‑потолку наперегонки с Арахнидом. Мой соотечественник пытался спрятаться от настырного ученого, но тому срочно надо было повесить на новые уши свою только что придуманную теорию. Спартакиаду остановил минотавр, локально увеличив гравитацию. Ланрус сорвался, ученый нет. Жуть. Я ненавижу Нихлена, а именно так звали бойкого старичка, сейчас старательно облазивающего каждый квадратный сантиметр корабля. Без присмотра его оставлять не хотел никто, но я, Аошина и Ментан за ним следить не могли по той причине, что не успевали и потому сейчас сидели рядышком на креслах, а вот Арахнид тенью следовал за шустрым пенсионером, стараясь не попасться тому на глаза. Судя по его тоскливому прощальному взгляду, он бы предпочел выйти на арену к голодным тиграм.
‑Вот так я и попал к Зеленщику. – продолжал свой рассказ один из аспирантов. – Эх, зря я решил выделиться на том конкурсе, сидел бы сейчас спокойно дома, отдыхал, а не лез непонятно куда да еще и за бесплатно.
‑Лезть мы будем только когда прилетим, – возразил ему другой, – а на дорогу жаловаться грех, воздух есть, температура комнатная, и даже скафандр можно не надевать. По меркам этого маньяка почти курорт!
‑А не слишком ли вы непочтительны к учителю? – прогудел Ментан, – его года даруют мудрость.
‑Его года даруют склероз и только! Нет, с одной стороны это конечно круто, попасть к самому Зеленщику, если выживем, хорошая работа нам обеспечена.
‑В каком смысле выживем?– заинтересовался я, – Он, что отстреливает молодых конкурентов?
‑Он плюют на технику безопасности с высокой колокольни. Как жив еще не понимаю. Не спорю, он добился очень многого, но когда были совершенные его открытия? Лет двести назад? Ах меньше, всего только полтора века прошло…Не спорю, в свое время он был действительно хорошим ученым. Да что там. Гениальным! Но сейчас…Старая развалина, не способная на самостоятельную деятельность, даже омолаживание не проходил уже давненько, врачи говорят слишком опасно, мол организм истощен. Как же! У него вместо крови сверхтяжелые элементы, вместо сердца реактор, а вместо головы компьютерный процессор с подвисающим софтом! Его первые ученики уже в большинстве своем скончались, а он все работает.
– Ну носится он весьма резво, – возразил я, – не преувеличивай, не так уж он и стар.
– Он очень стар, – ответила мне Аошина, – один из самых старых представителей моей расы. Продление жизни процедура возможная, но крайне дорогая и немного опасная, а он проходил ее уже четырежды! Врачи конечно омолодили его тело, но вот разум потихоньку изнашивается, с этим бороться уже намного сложнее. Не был бы он псиоником, превратился бы в овощ уже на второй сотне лет. Хотя такой богач как Нихлен мог бы и не такое себе позволить, вплоть до полной перестройки тела.
‑А он богат?
‑Еще бы. Те двадцать тысяч, что он согласился нам платить для него мелочь на карманные расходы. Эх, не знала я что это тот самый Зеленщик! Поторговались бы…
‑Вряд ли, – возразил до того молчавший аспирант, – если бы запросили много, проф бы просто плюнул и сгонял на собственной яхте. Он вообще‑то скупец каких поискать, просто когда увлечен на такие мелочи как деньги внимания не обращает.
‑А у него есть свой корабль? Так почему же его не использует?
‑Говорит, не любит, он ему напоминает о второй жене.
‑Она умерла?
‑Нет, она развелась с ним, когда он пропал без предупреждения на полтора года. И отсудила у него кучу денег и патентов, якобы это их совместное творчество. Про кредиты он забыл тут же, а вот то, что она оспаривала его научные достижения, помнит до сих пор.
– Жуть. Как вы в обще к нему пошли?
– А у нас был выбор? Или иди к кому приписали или вон из института.
‑Мда, вот посмотришь на таких преподавателей и сразу же задумаешься, а так ли уж нужно ли высшее образование.
По кораблю разнесся знакомый но не ставший от этого менее противным запах.
‑Канализацию прорвало! Быстро герметик! – вскочил я.
‑Спокойно, – отозвался охраняя философское спокойствие один из студентов, – просто шеф прогревает нашу новейшую реанимирующую камеру.
‑Чего?! Она у него на метане что ли?!
‑Вообще‑то нет, но это побочный продукт ее жизнедеятельности. Просто сама конструкция – органическая. Ему какой‑то знакомый биотехнолог
