Есть ли в космосе разумная жизнь? Есть. А почему с нами не связывается? А потому что разумная. Откуда у меня собственный звездолет, учитывая, что за окном двадцать первый век, а человечество дальше Луны так и не ушло? Это длинная история, и именно ее сейчас я и рассказываю.
Авторы: Мясоедов Владимир Михайлович
времени привлекать к себе внимания, я попытался вчитаться в верхние слои сознания инопланетян, вглубь их мыслей не пускала какая‑то преграда, представляющая собой защиту от излишне любопытных псионов. Впечатления…неоднозначные. Но да, они мне не понравились. От этого трио исходили странные волны. Уверенность, благодушие и мощь на первом плане, ярко, пышно, как будто напоказ, и тонкой едва заметной струйкой к ним примешивались алчность, надменность и хитрость. Странно. Обычно в мозгах существ не наблюдается такой солянки. Понятно, что и записного добряка можно довести до состаяния ненависти ко всему живому, но тогда и ощущаться он будет как сгусток злобы. А эти словно кисло‑сладким соусом облитые… был бы передо мной кто‑то один, я бы предположил раздвоение личности, но чтобы у трех сразу? Не дожидаясь конца затянувшейся перепалки я резко хлопнул в ладоши.
‑Господа, – обратился я к обернувшимся амфибиям, – вы, кажется, хотели меня видеть?
‑Партия мелководья. Только партия мелководья! Вы просто обязаны проголосовать за нас, это ваш…
‑Не обращайте внимания на эту оппозицию, поддержка существующего кабинета, вот правильный…
‑Молчать! Я уверен, что наш брат‑псион поддержит круг глубин. Вы ведь псион, верно?
Кажется Арахнид сотворил чего‑то не то. Когда он влез в политику, паук восьминогий?!
‑А теперь по очереди и не перебивать, – попросил я, слегка усилив голос ментальным посылом и кивая амфибии, слабое напряжение энергий вокруг которой выдавало какого‑никакого, но псиона, – говорите сначала вы.
Все оказалось очень странно. Если быть точным, то на носу были …выборы главы квартала. А голосование осуществлялось в мегаполисе по ну очень странным меркам. Избиратели выражали свое мнение, отдавая голос за одного из бойцов, сражавшихся на арене. А вот уже он, или его начальник, если таковой имелся, определял какой группировке передать набранные им преимущества. И что с нее за это получить. И еще, голосование было платным. То есть, чтобы определять, пусть и косвенно, правящую верхушку обыватель должен был пожертвовать не очень маленькую сумму. Интересно, в каких условиях могла сформироваться такая система?
Ну а при чем здесь мой подчиненный? – выслушав сбивчивые объяснения партийных работников, спросил я. – мы на вашей планете ненадолго, дней на пять максимум. Но вероятнее всего улетим уже завтра.
‑Не имеет значения, – отмел мои возражения все тот же инопланетянин, – мастер Яроива, который остановил выступление вашего бойца, один из лучших гладиаторов нашего города, и выступление этого, безусловно, талантливого дебютанта сорвало целых семнадцать голосов, которые вы должны отдать одной из представленных здесь фракций: Кругу Глубин, представляющему интересы псионов и поддерживающих их лиц, партию Мелководья, делающую упор в своих лозунгах на расширение предместий и выселение туда части плебса, или правящую администрацию, которая представляет интересы торговой диаспоры. Поверьте, почти два десятка голосов, это не так уж мало.
‑Но он же проиграл.
‑И что? Он потерял свою ставку, но не голоса, поверьте, если вы выберете круг Глубин, то…
‑Партия мелководья даст больше! – тут же перебил его оппонент.
‑Стоп! Два вопроса. В процентном отношении к общей массе семнадцать голосов это сколько? И в денежном выражении, кстати, тоже.
‑На сегодняшний день жителями нашего квартала было отдано за разные партии девятьсот сорок три голоса, включая эти семнадцать. Голосование началось полторы недели назад и будет длиться еще примерно столько же. Как нашему коллеге‑псиону мы заплатим вам сто пятьдесят гелинонов.
‑Скупердяи, – презрительно хмыкнул представитель действующей власти, – двести!
Тот тип. что призывал голосовать за мелководье заметно сдулся. Кажется у него столько нету. Или может вообще ничего нету кроме лозунгов.
‑Двести десять, – выдохнул псион, – проявите солидарность!
‑Двести тридцать и закончим на этом, – вальяжно провозгласил его оппонент.
‑Пяятьдесят и ваша помощь в пределах разумного, – кивнул я инопланетянину‑псиону, – мне нужны кое‑какие материалы из специфической учебной литературы. Поможете достать?
‑Разумеется, – широко улыбнулась амфибия, – через моих старших коллег я выбью вам пятипроцентную скидку.
‑Можно без нее, но мне нужна качественная подборка. Ничего экстраориднарного, так, пособия для начинающих. Плюс меня интересуют аспекты по привязке соматических рефлексов к пси‑способностям и способы их изменения. Но только в бумажном варианте и на эсперанто, так легче усваиваться будет… Поможете?
‑О чем речь, разумеется! Я примерно
