Во вселенной постоянно происходят какие-то процессы, когда одни цивилизации пытаются подчинить, уничтожить или эксплуатировать другие. По большей части, это процесс естественный и никто не вправе указывать Вселенной, как следует поступать. Но бывают случаи, когда цивилизации, многократно опередившие в своем развитии других, пытаются выйти за рамки дозволенного.
Авторы: Панченко Сергей Анатольевич
и тигры не рычат, удавы не выползают. Мелкота одна орет на весь лес как умалишенная. Людей не видели ни разу вот и успокоится не могут. — Сан Саныч облизал ложку и положил ее в пустую миску. Взгляд его наполнился мечтательностью. — Интересно, а речки у них имеются? Представь сколько в этой нетронутой природе может быть рыбы.
— Дичи точно навалом, только у меня есть опасение, что не для нас эта роза цвела.
— Да уж. А вдруг нас специально бросили сюда из жалости добрые инопланетяне. Посмотрели на нас, увидели как мы себя химией травим и решили, что эти люди заслуживают большего. — Выдвинул теорию Сан Саныч, которая еще никому не приходила в голову.
— Логично. Доброта правит миром, и тот лучше правит у кого этой доброты больше. Добрые инопланетяне отправили несчастных землян, чтобы те убивали местную фауну себе на еду. Проще было научить нас выращивать животные ткани искусственно. — Вадим разбил новую теорию в пух и прах.
— Ну мы же люди, а они животные. Инопланетянам просто жальче нас, чем их. Пусть, скажут, откормятся на вольных выпасах годик другой, а потом мы их назад отправим. Отдохнувшими и посвежевшими.
— И на каждой летающей тарелке будет висеть плакат ‘С любовью к людям’.
— А почему бы и нет. Мы что заняли у них и не отдаем. Пусть любят, раз им так хочется.
— Я так то не против, чтобы меня любили инопланетяне, но твоя теория Сан Саныч очень фантастическая. Я б скорее подумал, что нас прислали им на корм, а не наоборот.
— Вадим, ну там максимум индейцы с луками будут, куда им против нас. — Возразил Сан Саныч.
— Ну ладно, пошли дальше копать, а то военные уже на нас криво смотрят. — Вадим забросил рюкзак на одно плечо, лом с лопатой на другое, и не торопясь пошел вдоль живой цепочки.
Сан Саныч немного замешкался и в три шага догнал его. Они шли молча. Вадим не отводил взгляда от леса, словно тот мог открыть загадку необычайного перемещения. Он вдруг остановился, и сделал вид что поправляет сбившуюся стельку в сапоге. Сан Саныч потихоньку двинулся вперед. Отец Насти посмотрел ему вслед, оглянулся по сторонам и внезапно бросился в сторону леса. Позади послышался крик Сан Саныча.
— Вадим вернись!
Но ноги несли его с поразительной легкостью. Плотный снег держал его вес и совсем не мешал бегу. Лес приближался. Позади раздалась очередь из крупнокалиберного пулемета. ‘Наверняка в воздух’ — уговорил себя Вадим. На последних метрах ноги уже погружались в грязь. Вот уже ветки ближайшего дерева висели перед носом. Отец Насти схватил небольшую ветку посередине и сломал ее. Шкурка потянулась за сломанной веткой. Вадим еще раз размашисто дернул и отделил ветку от дерева. Он почувствовал как его ладонь начала гореть. Пытаясь проигнорировать боль он посмотрел вглубь тумана. На мгновение ему показалось, что на него смотрят умные глаза какого-то существа. И не просто смотрят, а изучают. Но это продолжалось недолго. Через секунду Вадим уже не был уверен, что глаза вообще были. Он перехватил ветку рукавицей и побежал прочь от леса. Через десять метров он остановился и сунул руку в снег, чтобы утихомирить боль. Ладонь покраснела и распухла как от химического ожога. Вадим тер ее о снег пытаясь соскрести едкое вещество.
На всех парах к нему летел БТР, на котором восседал офицер, определявший им фронт работ. Он спрыгнул с еще не остановившейся машины и подбежал к Вадиму. Его глаза были намного откровеннее заданного вопроса.
— Какого ты полез в этот лес? Тебе приказ был ямы копать а не веточки в гюльбарий собирать! Из-за тебя другие любопытные рванут в лес, кто по грибы, а кто по ягоды, нам что в спины каждому стрелять? Покажи руку!
Вадим поднял покрасневшую ладонь. Она выглядела как розовая подушка и горела неистово.
— Жжет сильно.
— Так тебе старому дураку и надо. — Офицер прыгнул на броню и попросил рацию. — Лесенка у нас ЧП. Один из рабочих сбегал до леса и сорвал ветку голой рукой. Теперь у него ладонь распухла и горит. Напоминает ожог кислотой или аллергическую реакцию. Вы там доведите до всех, чтобы не было больше соблазнов бегать в лес, а то всем теперь захочется.
Рация прошипела в ответ что-то нечленораздельное. Но, видимо офицера это устроило. Он снова подошел к Вадиму и попросил его показать руку.
— Шпарко, давай аптечку сюда. — Приказал он солдату на БТРе.
Солдат юркнул в люк и через пару секунд вылез в боковую дверь неся в руках коробку с большим красным крестом.
— Так, для начала обработаем ладонь спиртом, чтоб не жгло так а потом дадим тебе от аллергии и намажем чем-нибудь от ожогов. Что-нибудь да поможет. Если вдруг почувствуешь, что начинаешь мутировать попроси товарища добить тебя. — Офицер сам хохотнул своей шутке.
Пока Вадиму перебинтовывали
