Во вселенной постоянно происходят какие-то процессы, когда одни цивилизации пытаются подчинить, уничтожить или эксплуатировать другие. По большей части, это процесс естественный и никто не вправе указывать Вселенной, как следует поступать. Но бывают случаи, когда цивилизации, многократно опередившие в своем развитии других, пытаются выйти за рамки дозволенного.
Авторы: Панченко Сергей Анатольевич
это тоже компромисс. — Лейтенант Кравцов успокоил девушку когда они вышли из кабинета. — Он уже человек с устоявшимися взглядами на жизнь, для него и такой компромисс огромная уступка нам.
— Очень надеюсь, что отряд найдется живым и здоровым.
— Я тоже, и не только из-за того чтобы не допустить войны. У меня там много друзей.
Отряд распустили на отдых. Солдаты отправились в казарму. Кравцов к семье в общежитие для офицеров, что было при войсковой части, а Настя отправилась домой. Она уже соскучилась по родителям, словно не видела их полгода.
Дома пахло сердечными каплями.
— Что случилось? У кого из вас сердце болит? — Заволновалась Настя. Она еще считала родителей молодыми и не хотела чтобы они у нее подсаживались на лекарства раньше времени.
— Мать переживает, она где-то услышала, что один отряд пропал в лесу, прибежала, накапала себе в стакан. Я ее пытался успокоить, но где там… не слушает.
На голос, из спальни вышла мать.
— Ох, слава богу, Настя… — Мать села на стул. Слезы полились у нее из глаз. — Я с бабами стояла… у одной из них муж в части служит…она говорит, что группа пропала… в лесу. У меня всё оборвалось. Как люди в войну жили… в страхе всегда.
— Все хорошо, мам. С нами ничего плохого не приключилось, даже наоборот. Я общалась с туземцами, видела их дома. Они огромные.
— Как хорошо, что все обошлось. Ты есть наверное хочешь?
— Не то слово, я есть хочу и потом полежать. Набегалась как лось по лесу. Ноги гудят. Мы немного заплутали в тумане, пришлось нарезать кругов. Если бы не ‘еноты’ так бы и кружились по лесу.
Пока Настя обедала, отец доставал ее расспросами про ‘енотов’. Дочь старалась удовлетворить любопытство отца, как могла. Но постепенно язык у нее начал заплетаться, глаза потяжелели. Отец пожалел дочь и отправил ее спать.
Разбудил девушку знакомый голос.
— Привет, Настя!
Она снова сидела в удобном ковше-кресле. Вокруг двигался туман, не приближаясь дальше невидимой границы.
— Здрасти! Позвольте один вопрос? — С ходу начала девушка.
— Да, конечно.
— Почему вы выбрали меня? Почему бы вам не залезать во сне в голову командира дивизии полковнику Петренко? Тогда пользы было бы больше. И мне не пришлось бы позориться перед людьми, хоть я и уверена, что права. Почему?
— Ответ на самом деле очевиден для нас. Для вас же может показаться, что социальный статус имеет большее значение, но поверьте, что в таких вопросах имеет большее значение интеллект и способность принимать нестандартные решения. Ваш Петренко скорее пустит пулю себе в лоб, чем потерпит голоса в голове. Мы проверили всех до единого. Вы, Настя, лучше всех.
— Меня лавры победителя не очень впечатляют. Я постоянно нахожусь в противовесе с остальными людьми. Им не нужно особых доводов, чтобы начать войну, вот не начать нужна невероятная причина.
— У вас есть выбор. Можете оставить все как есть. Это будет ваш сознательный выбор и мы не будем ему мешать. Любое ваше решение для вселенной правильно, потому что оно ведет к результату. Только для вас этот результат будет иметь значение, потому что вам он будет не безразличен.
— Но этот груз меня тяготит. Я все время чувствую какую-то ответственность за всех. Я бы с радостью поделилась ей с кем-нибудь.
— Все правильно, именно так и поступайте. Склоняйте людей к своей точке зрения. Если вы помните в истории все изменения начинались с одного человека. Один человек менял историю целого государства и даже нескольких государств. Ваша задача намного скромнее Настя. От себя хочу добавить, если вы будете знать что могли, но не сделали, то этот груз будет намного тяжелее.
— Вам это известно?
— Да, я и все кто работают со мной так или иначе побывали в той же ситуации, что и вы.
— Вы человек?
Голос хохотнул.
— Ну если вас интересует мое морфологическое строение, то вряд ли. Но если применять это понятие как разумное существо, то конечно я — человек.
— Знаете, я каждый раз просыпаюсь после нашего разговора и думаю, а не схожу ли я с ума. Может все наши разговоры плод моего больного воображения?
— Не могу запретить вам думать и рассуждать, но я вполне материален и существую отдельно от вашего воображения.
— А не могли бы вы подтвердить свое существование отдельно от моего сна. Это как-то могло бы придать мне сил и уверенности.
— М-м-м, секундочку. Ловите.
Из тумана вылетел и упал на пол небольшой металлический предмет. Настя дотянулась до него рукой и подняла с пола. Предмет походил на значок или жетон, а может и монету. Сложный барельеф со сквозными отверстиями.
— И как эта штука позволит поверить мне, что вы реально существуете?
