Во вселенной постоянно происходят какие-то процессы, когда одни цивилизации пытаются подчинить, уничтожить или эксплуатировать другие. По большей части, это процесс естественный и никто не вправе указывать Вселенной, как следует поступать. Но бывают случаи, когда цивилизации, многократно опередившие в своем развитии других, пытаются выйти за рамки дозволенного.
Авторы: Панченко Сергей Анатольевич
сейчас аккурат над вами.
Лейтенант убедился, что его команду начали выполнять правильно, снова встал к пушке. Сидорчук открыл задвижку и пнул обе двери ногой. Огонь освещал пространство вокруг машины. В его неровных отсветах мелькали тени туземцев. Солдаты открыли огонь из автоматов короткими очередями во все, что двигалось. Трифонов вылез из люка, открыл вентиль огнетушителя и направил струю на огонь. Тот никак не хотел гаснуть. Видимо горение его поддерживал не только кислород воздуха. Пламя имело синеватый оттенок и горело разбрасывая искры.
— Ни черта не тухнет. Лопатку давайте, попробую скинуть его с брони. — Крикнул Трифонов.
Сидорчук и Ефимов перезарядили новые магазины и вылезли наружу, чтобы подстраховать товарища, полезшего тушить огонь на верх десантного отсека. Горевшее вещество начало прикипать к поверхности металла. Крыша в этом месте уже краснела в темноте. Трифонов ощущал, как жар печет ему ноги через штаны, как горит кожа рук от близости к огню. Адреналин, выброшенный в кровь чувством опасности, не давал ощутить боль полностью. Солдат соскребал и бросал на землю горящие твердые куски. Позади него постоянно вращалась башня и поливала окрестности свинцом. Когда последний уголек был сброшен на землю, Трифонов облил смесью из огнетушителя красное пятно раскаленного металла. Опасности больше не было.
Экипаж вернулся внутрь.
— Ты посмотри на свои руки Сашок? — Сидорчук уставился на покрасневшие до локтей руки товарища. — Они у тебя обгорели!
Настя вдруг спохватилась и полезла в свою сумку с медикаментами. Она достала оттуда мазь.
— Вытяни руки перед собой. — Приказала она солдату.
Тот послушно вытянул их. Настя растерла ему противоожоговую мазь.
— Если мы вовремя успели, то и волдырей может не быть, а если немного опоздали, то придется бинтовать потом, чтоб заразу не занести. Болит?
— Только сейчас почувствовал как немного жжет. — Солдат может и погеройствовал немного перед красивой девушкой, но виду действительно не подавал.
— Молодцы, парни! Сработали четко. И машину сберегли и сами не пострадали. — Кравцов скосил глаза на руки Трифонова. — Почти.
— Они подожгли что-то типа термитной шашки. Если бы к бакам ближе подожгли, то могло и загореться. Не такие уж они и дикари, как вначале мне показались. Быстро опыта наберутся и начнут нашу технику жечь. — Поделился увиденным и своими соображениями Трифонов.
— Без паники! К нам кажется едет подкрепление. Ну ты и тормоз, Добров. — Не отлипая от окуляров сказал Кравцов.
Через минуту тарахтящая боевая машина поравнялась с ними. Кравцов вылез в люк вместе с автоматом. Из люка соседней машины показался сержант Добров.
— Какого хрена ты так долго там сидел? Нам вон гусеницу сбили, и чуть не сожгли.
— Как это? — Удивился Добров и посветил фонариком в борт БМП. — Ни хрена себе. Вот это вам тут разворотило. Каток один сорвало напрочь. Дуболом?
— А то кто же.
— А кто же сжечь вас пытался?
— ‘Еноты’. Развели костер прямо на броне, над десантным отсеком. Не просто дрова какие-нибудь, а уголек с температурой горения в несколько тысяч градусов. Нам пришлось вылезать и тушить этот костер. Трифонов себе руки сжег по локоть. А вы там дремали наверно?
— Нет, товарищ лейтенант. Пока мы пушку слышали, думали, что все идет штатно, а как только услышали автоматы, сразу поняли, что дело плохо и тут же сорвались.
— Ладно, потом устроим разбор полетов. Сейчас гусеницу надо одеть.
Вторая БМП встала бортом на расстоянии трех метров от поврежденной. Двое бойцов с инструментом соскочили на землю и принялись выбивать из лежавшей на земле гусеницы поврежденные траки. Кравцов самолично вылез из башни и контролировал пространство вокруг.
Сегодняшняя ночь действительно походила на настоящие боевые действия. Впервые с того момента как люди очутились на этой планете, их намеренно пытались убить. И это им почти удалось. В воздухе запахло войной. Кравцов иначе смотрел на окружавшую их темноту, чем смену назад. Тогда он воспринимал боевые действия против туземцев, как избиение младенцев. Ему казалось, что воевать с ‘енотами’, это как стрелять шимпанзе в джунглях. Но теперь он видел на что способны полосатые враги. Со смекалкой и выбором оружия у них все в порядке. А реакция у них такая, что профессиональный боксер позавидует.
Когда рассвело и появилась нормальная связь смогли вызвать техничку и доложить в штаб. Вскоре приехала другая смена и тягач, в котором были несколько офицеров из штаба. Желания объяснять и показывать им как все произошло у Кравцова уже не было никакого. Глаза слипались и ноги подкашивались от усталости. Наконец, офицеры
